Знаковыми событиями ХХ века для христианства стало появление современных переводов Библии но многие языки народов мира. Этот процесс продолжается и в ХХІ веке. В прошлом году вышел в свет современный русский перевод Библии, над которым Российское библейское общество трудилось более 15 лет.

А недавно пришла новость из Норвегии о том, что новый перевод Библии на современный норвежский язык стал бестселлером в стране. Как сообщает РИА Новости, со ссылкой на агенство КАІ, по данным Библейского общества Норвегии, количество проданных экземпляров нового перевода Священного Писания с начала продаж — 19 октября — до конца прошлого года превысило 79 тысяч экземпляров.

Более 30 переводчиков, ученых и литераторов трудились над новым текстом Библии в течение 12 лет. По оценкам Библейского общества, язык нового издания более понятен читателям, особенно молодым. При этом, отмечают эксперты, сохранена максимально возможная точность перевода с древнееврейского и древнегреческого оригиналов.

Норвежские СМИ отмечают, что коммерческий успех нового издания Библии связан с эффективной маркетинговой стратегией. Священное Писание доступно не только в печатной версии, но также в формате аудиокниги.

Казалось бы — это должно только радовать. Однако, только на первый взгляд. Следует обратить внимание уже на заголовок статьи, размещенной на сайте РИА Новости: «Новый перевод Библии, понятный молодежи, стал бестселлером в Норвегии». Обратите внимание: ПОНЯТНЫЙ МОЛОДЕЖИ. Разберемся по порядку.

Во-первых, «понятный». Зададимся вопросом: «Неужели до этого времени Библия была не понятна норвежской молодежи?» Думаю, нет. Поэтому слово «понятный» в данном случае означает «соответствующий молодежному стилю».

Во-вторых, «молодежи». То есть, в угоду молодежи. Почему? Зачем? Потому, что молодежи в норвежских церквях все меньше. Затем, чтобы ее туда вернуть. Однако, на мой взгляд, это бесперспективный способ. Вернуть ее туда может лишь огонь Духа Святого.

Кстати, мы уже встречали переводы Библии в угоду политкорректности, феминисткам и т. д. Нет нужды останавливаться на этой религиозной шелухе. Обратимся к серьезным научным переводам.

Их серьезность заключается в том, что они более утонченно извращают Слово Божье, прячась за личину академичности. Ключевой момент здесь — отказ от «Textus receptus», т. е. греческого оригинала Нового Завета, с которого, начиная с эпохи Реформации, были сделаны почти все переводы на национальные языки вплоть до ХХ века. Хотя работа по извращению Слова Божьего проделана ювелирно, мы, тем не менее, можем привести пример, ярко иллюстрирующий их стремления.

В Синодальном переводе Первого Соборного Послания апостола Иоанна в 5 главе 7 стихе написано:

Ибо три свидетельствуют на небе: Отец, Слово и Святый Дух; и Сии три суть едино.

Что утверждает данный стих? Он утверждает в том числе и то, что Иисус Христос (Слово) — есть Бог. Важна ли эта доктрина для христиан? Это краеугольный камень.

Что же по этому поводу написано в Современном международном переводе (русская редакция)? Читаем 6-ой стих, читаем 7-ой, читаем 8-ой. И что же?! Там этого стиха совсем нет! Нумерация та же, а стиха нет. Обращаемся к современному русскому переводу Библии, изданному Российским библейским обществом, — та же ситуация!

Вот такой свет нам несут. Кто желает разобраться в этом вопросе более обстоятельно, рекомендую посмотреть две лекции адвентистского профессора Вальтера Вайса (в некоторых источниках его фамилия пишется «Вайт»), которые называются «Изменяя Слово» и «Битва Библий».

Было одно регулярное ежемесячное мероприятие, которого мы всегда боялись, – это посещение монастыря отцом-духовником. Каждый раз это были разные священники, но все они были в основном одинаковыми. Я очень не хотела идти и всегда старалась попасть в задний ряд. Я так долго жила в монастыре, что никогда не буду доверять священнику. Все те, которых я встречала, были гнилые и подлые. Исповедь была еще одним тяжелым испытанием, которое иногда занимало весь день. Монахини по очереди приходили в комнату, где ждал священник. Никогда в монастыре я не видела священника, который бы не пил.

Комната была пустой, за исключением неизбежной статуи Девы Марии. Священник восседал на стуле с прямой спинкой, а монахини должны были прийти и встать перед ним на коленях. Если она выходила, будучи не осквернена и не втянута в невыразимый разврат, ей повезло. Никто никогда не прерывал священника и женщину, независимо от того, что там происходило. Одна за другой монахини входили и выходили из комнаты.

В других случаях для игуменьи не было ничего необычного в том, чтобы провести внутрь пьяного священника, который выберет монахиню и возьмет ее с собой в келью для большего пьянства и секса. Игуменья была тяжелой и плотской женщиной, которая родила множество внебрачных детей от священников, и обычно она пила с посетителями. Священник был хорошо накормленным, здоровым и сильным, и жил относительно легкой жизнью, поэтому бедная, ослабленная монахиня не могла противостоять ему, чтобы отбиться от него. Пользуясь ее беспомощностью, он делал все, что ему нравилось, и насиловал ее любым способом, какой выбирал. Не было никого, кто бы защитил и помог ей, и никого даже не заботило то, что ее принуждают к блуду. И-за того, что игуменья запирала келью, не было никакой возможности спастись.

Часто я ухаживала за этими маленькими монахинями после того, как они были жестоко и позорно злоупотреблены. Только недостаток воображения священника мог ограничить вид неуважения, причиняемый жертве. Я видела и испытала все отвратительные, дикие виды похоти, осуществляемые в монастырях. Тело монахини часто рассматривалось так, как будто оно было чем-то таким, чтобы выбросить его вон на попрание свиньям, покрытое десятками синяков и другими отметинами. Люди, которые говорят, что я преувеличиваю, – либо являются священниками, пытаясь подавить правду, либо теми, которые никогда не были в монастырях. Потому что я была там, я знаю истину, которая чудовищна и шокирующа!

Можете ли вы представить страшное положение монахини, противоставшей священнику? Если она недовольна или отказала ему, он жаловался игуменье. Объединившись, эти два злобных ума вместе придумывали, что сделать той монахине, – вещи, которые нормальные умы никогда бы не смогли себе представить. Через день или два после того, как она сопротивлялась священнику, игуменья отзывала ее в сторону, чтобы та еще раз прошла епитимью. Не было никакого выхода, и с замиранием сердца она спускалась вниз, в подземелье, где над ней производилась ужасная расправа, придуманная священником и игуменьей.

Иногда по утрам, когда мы готовились идти на работу, игуменья вызывала десять или пятнадцать из нас. Мы дрожали и тревожились, не зная, в чем дело. Нам никогда не было разрешено задавать вопросы, мы должны были только повиноваться, как бессмысленные машины. Будем ли мы наказаны, отведены в келью для епитимьи или что-то еще? Затем она резко приказывала выстроиться в линию и снять с себя всю одежду. С замиранием сердца мы делали так, как нам говорили. Мы по опыту знали, что будет дальше.

Истощенные от голода и отмеченные многими шрамами, с бритыми головами, мы, должно быть, представляли из себя жалкое зрелище. Поскольку в монастырь не допускались абсолютно никакие зеркала, я понятия не имела, на что стала похожа за все годы моего заключения. Когда я мельком видела других (нам запрещено было разглядывать друг друга) — их изможденные, перекошенные лица, запавшие глаза, выпавшие зубы и скелетообразные от голода тела, я немного могла себе представить, что я тоже так выглядела.

Однажды после того, как мы были раздеты, вошли, пошатываясь, три пьяных священника, похотливо посмотрели на обнаженных девушек, и каждый выбрал себе партнершу, чтобы пойти с ней в келью. Помните, что это монастырь закрытого типа, и священник волен делать все, что угодно, под покровом гнилой религии. Потом этот нечестивый блудник вернется к своей пастве служить мессу и слушать исповеди людей, которых он обманывает в их вере, говоря, что они освобождены от своих грехов. Полный блуда, извращения и порока, он действует, как их бог!

Можете ли вы себе представить, что сделали со мной все эти мерзкие и вредные злоупотребления? Не знаю, кто еще мог питать такую ненависть, обиду и горечь. В своем разуме я снова и снова вынашивала и желала смерти игуменье и другим мучителям. Как я смаковала эти восхитительные мысли о мести и ненависти! Вот что сделал со мной монастырь. До того, как я пришла туда, я не была такой.

После того, как все монахини были сломаны и покорились воле священников, они очень сердились, если мы сопротивлялись чему-либо из того, что они хотели сделать. Часто мы получал удар по зубам от раздраженного пьяного священника. Мои передние зубы были выбиты от ударов кулаком в лицо. Часто нас бросали на пол и пинали в живот.

Беременность не давала защиты, потому что священник знал, что когда ребенок родится,  его в любом случае убьют. Вследствие ужасного развращения этой грязной системы, облаченной в религиозные одежды, в монастырях рождается много детей. Неудивительно, что Вавилону назначено полное уничтожение. Он невыразимо гнусен!

Я видела множество детей, рожденных в монастырях. Большинство из них были ненормальными и деформированными, и редко был один нормальный. Через мои руки прошли многие и многие из них, поэтому я знаю. Своими глазами я видела ужас всего этого, и мир должен быть предупрежден о том, что происходит в этих камерах ужасов.

Многие говорили, что я преувеличиваю, и что это не так. Пусть откроют монастыри, но они не осмеливаются это сделать. После того, как я попала в сеть этой гнилой системы на двадцать два года, я знаю, о чем говорю.

Нормальные молодые беременные женщины с нетерпением ожидают появления на свет своего драгоценного ребенка. Все готово: детская, кроватка, одежда, – и все счастливы. В отличие от этого, маленькая монахиня в женском монастыре боится момента, когда она родит. Ребенок — продукт позорного, незаконного союза с пьяным священником, который принудил ее. Она знает по горькому опыту, что ребенку дадут жить самое большее четыре-пять часов. Он никогда не будет омыт и завернут в теплое одеяло, так как игуменья закроет рукой его рот и зажмет ноздри, чтобы прервать его жизнь.

Вот почему во всех монастырях есть известковые ямы. Тела младенцев, выброшенные в эти ямы, должны быть уничтожены. Молитесь за правительство, чтобы оно заставило монастыри открыть свои двери, чтобы выпустить заключенных, и пусть весь мир увидит, какие ужасы прячутся за этими дверями жестокого религиозного лицемерия.

Если это произойдет, я вас уверяю, что даже католики согласятся на закрытие монастырей, как в Мексика в 1934 году. Они понятия не имеют, что там происходит, иначе они никогда бы не подвергли своих дочерей такому варварскому разврату и пыткам.

Монастыри в старой Мексике были превращены в государственные музеи, по которым вы можете совершить экскурсию за умеренную плату. Вы должны пойти и посмотреть своими глазами и потрогать своими руками то, о чем я говорю. Спуститесь в подземелья, через туннели и камеры пыток и посмотрите все дьявольские устройства, демонически продуманные, чтобы причинить страдание телам беспомощных монахинь. Посмотрите кельи, в которых монахини были заперты каждую ночь, и изучите кровати и молитвенные доски.

Это должно дать вам бремя молиться за сотни драгоценных маленьких девочек, которых обманули и заманили в эти нечестивые тюрьмы римско-католической системы для жизни страданий и отчаяния. Помните, что у меня были мать и отец, которые очень сильно любили меня. Когда они согласились, чтобы я ушла в монастырь, они понятия не имели, что я подвергнусь такой деградации. Они были уверены, что это было высшим предназначением, лучшим выражением их веры и любви к Богу — отдать дочь на подобного рода служение.

Надежно запертые в монастырях до самой смерти, нам никогда бы не удалось покинуть его и сообщить людям снаружи, что реально происходит внутри. Все средства связи были отрезаны, поэтому мы были вне защиты закона или близких и друзей. Когда вы начинаете это понимать, вас охватывает безнадежное отчаяние и полная, черная депрессия. Знание, что просто нет возможного выхода, сводит с ума, ибо нет конца или даже какого-либо облегчения в поле зрения.

Католики громко заявляют, что каждый может войти в любой монастырь открытого или закрытого типа. Существует внешняя часовня и так называемая комната для переговоров. Без сопровождения вас туда даже не пустят. Если вы приносите еду для конкретной монахини, как правило, вы доходите до передней части комнаты и нажимаете на звонок. Распахиваются дверки, и вы получаете доступ к трем полкам, чтобы положить на них подарки для монахини.

Когда зазвенел колокол, вы можете быть уверены, что игуменья уселась за тяжелой черной занавесью, покрывающей большие железные ворота, охраняющие внутреннюю часть монастыря.

Вы не сможете идти дальше, но можете говорить с игуменьей через завесу. Если вы попросите разрешение побеседовать с конкретной монахиней, вам могут разрешить поговорить с ней, но только через завесу. Если задаются вопросы о ее счастье, здоровье, питании и т.д., монахиня всегда отвечает утвердительно. Ведь там еще сидит игуменья, следя за каждым словом.

Если бы она пожаловалась или выявила какие-либо неприятные подробности жизни внутри, то, как только посетитель уходил, следовали быстрые и жесткие действия, чтобы исправить ее. У них есть серьезные основания для того, чтобы не позволить родственникам видеть монахиню воочию. Через некоторое время монастырской жизни и обработки глаза вваливаются, и тело столь чахлое, бледное и больное, что наблюдение всего этого принесет возмущенный протест.

Много ночей я была крайне истощена и остро нуждалась в сне, но волчий голод не давал мне отдохнуть. На завтрак подавался только кусок хлеба и чашка черного кофе, которые даже не снимали остроту того всегда присутствующего голода. Тем, у кого всегда было достаточно еды, будет трудно понять положение тех, кто каждый вечер ложатся спать голодными. В бедных, отсталых странах это трагедия. Это становится еще более злым, когда вы понимаете, что то, что я описываю, сознательно запланировано и вызвано хитростью  и дьявольской жестокостью.

Помните, что не проходит ни ночи, ни дня, когда эти маленькие монахини, заточенные в закрытый от мира монастырь, не ложатся спать голодными. Они больные, раненые, истерзанные, тоскующие по дому, удрученные, обескураженные и исполненные отчаяния. В то время как мы обращаемся к Господу Иисусу Христос для надежды, у этих бедных женщин нет никакой надежды. Уйти в потерянную вечность — вот что в конечном итоге обычно их ждет.

Иногда я встречаю католиков, которые клянутся, что были в монастырях и что то, о чем я сообщаю, не правда. Вы должны помнить, что католики совершенно свободно лгут в защиту церкви и даже не нужно признаваться в этом на исповеди. Это допустимо, так же, как то, что кража до $ 40,00 не наказуема.

Не кради. Не произноси ложного свидетельства на ближнего твоего (Исход 20:15,16).

© Перевела Светлана Никифорова

Продолжение следует…

Разбитые запястья

Однажды я была доставлена в одно из грязных подземелий с земляным полом. Там кожаными ремнями мои лодыжки надежно закрепили в кольцах в верхней части прутов, вмонтированных в цемент. Я стояла в этих кольцах, пока силы не оставили меня, и я не потеряла сознание. Когда это произошло, я просто рухнула грудью на лодыжки. Когда вы дойдете до определенной стадии боли и усталости, вы ничего не можете сделать. Я должна была пребывать в этом тесном положении в течение двух-трех дней, в зависимости от прихотей моих мучителей. Никто не придет, и не было пищи, воды или туалетных средств. По моему телу ползали насекомые. Неудивительно, что в результате этих ужасов там такой плач.

Одиночество

Одиночество в монастыре бесчеловечно и жестоко, поскольку там нет друзей. Каждый настроен шпионить за всеми остальными, и малейшее нарушение правил вызывает мгновенные и суровые наказания. Между монахинями не было дружелюбия. Подозрительность и разделение были обычными для монастырской жизни. Нас учили никому не доверять и ни от кого не зависеть, посредством методической и систематической изоляции. Жертвам никогда не было разрешено объединяться, чтобы они не могли что-то сделать для выхода из ситуации.

Коммунисты следовали аналогичной программе в корейских лагерях заключенных военнопленных, чтобы предотвратить любую близость или сотрудничество между заключенными. Каждую монахиню учат стать полицейским, чтобы наблюдать и сообщать обо всех остальных. Предавая других, информер начинает числиться на хорошем счету у игуменьи. Он настолько сильно желает одобрения, что зачастую сестры приукрашивают и преувеличивают положение вещей, чтобы получить благорасположение. В монастыре требуется абсолютное повиновение во всем, и вы мудры, чтобы научиться повиноваться быстро и без вопросов.

Время для сна

Каждый раз, когда я приходила в свою келью, я была обязана встать на колени, молясь за потерянное человечество, в это время я страдала и проливала больше моей крови. Только после этого я могла лечь на плите, которая служила кроватью. Ровно без семи минут полночь всегда звонил колокол, кельи отпирались, чтобы мы все могли собраться во внутренней часовне, чтобы помолиться еще один час за потерянное человечество. Без семи минут час мы возвращались в наши кельи, которые снова запирали до 4:30 утра В это время звонил колокол, и у нас было ровно пять минут, чтобы одеться и явиться на службу, босиком. Таков распорядок дня. Опоздавшие несли суровые наказания.

Комната для размышлений о смерти

Каждый вечер в 20:00 мы должны были спускаться в длинный, темный зал, чтобы совершить епитимью в комнате для размышлений. Площадь этой крошечной комнаты составляла около одного квадратного метра, в ней на столике находился человеческий череп и свеча. Мы должны были опуститься на колени, смотреть в череп и в течение одного часа размышлять о смерти. Когда этот час был закончен, звенел колокол, и мы возвращались в наши кельи, где снимали с себя всю одежду. Затем мы брали три переплетенных цепи с острыми краями (которые висели в наших камерах) и полосовали свои собственные тела в подражание ранам Христа на земле.

Иногда из-за недостатка пищи и сил было трудно нанести себе много ударов. Если игуменья заподозрит это, она прикажет вам раздеться и еще две монахини будут злобно хлестать вас. После этого вы на несколько дней потеряете всякий аппетит к кофе, хлебу или чему-нибудь еще, потому что испытываете сильные муки.

Такова заточенная монастырская жизнь, где была использована беспощадная система промывания мозгов, как это делала Россия в концентрационных лагерях. Это точно такое же зверское варварство, но Рим идет под знаменем религии, в то время как коммунистическая Россия открыто атеистическая.

Еда

В огнеупорной (комната, где нам подавали пищу) было два длинных деревянных стола, и каждой монахине назначено определенное место, где сидеть. Никто никогда не садится на место другого. На завтрак нам давали только большую оловянную чашку крепкого черного кофе с кусочком черного хлеба, который весил ровно 100 грамм. Хотя мы весь день очень тяжело работали, обеда не было, и около 17:00 вечера мы собирались в огнеупорной, если были в состоянии идти сами.

На ужин свежие овощи варили вместе, делая безвкусные, водянистые супы, без каких-либо приправ. Его подавали в оловянной миске с 50 граммами черного хлеба и кружкой крепкого черного кофе. Два или три раза в неделю нам давали половину стакана обезжиренного молока.

Это был наш однообразный рацион, 365 дней в году. Единственным исключением было Рождество, когда каждой из нас давали одну столовую ложку патоки. Ах, какой это был восторг, мы ели очень медленно, смакуя каждую каплю. Весь год мы с нетерпением ожидали этого удовольствия.

Из-за ограниченных продовольственных пайков, триста шестьдесят пять дней в году, мы никогда не ложились спать без грызущих голодных болей.. В течение многих лет я вертелась и металась ночью, не спала и задавалась вопросом, насколько долго я смогу вытерпеть это продолжающееся мучение. Уверяю вас, что это сильное страдание — постоянно жить на грани голода. Конечно, голодающие люди слабее, и их можно легко принудить и заставить заниматься любым видом, унижающим достоинство, послушания и подчинения. Это исполнялось с дьявольским наслаждением и с определенной целью сокрушить человеческий дух.

При такой ужасной диете, пытках, кровопролитиях и долгих часов тяжелого труда не удивительно, что здоровье пошатывается, монахини начинают болеть, и в монастырях закрытого типа многие умирают молодыми. Помните, что в Соединенных Штатах существуют монастыри закрытого типа.

При готовке овощей картофель варили с кожурой и очищали после приготовления. Однажды, во время дежурства на кухне я выбросила кучу этих картофельных очисток в мусор. Я была так голодна, что быстро схватила из бака две горсти и спрятала их в своей одежде. Я никому не сказала, потому что в монастыре все следят друг за другом, и везде есть информеры, которые выдают других. В ту ночь в своей келье я жадно проглотила кожурки картофеля, потому что была очень голодна.

На следующее утро в 9:00 бдительная игуменья с усмешкой объявила, что я должна покаяться, и я знала, что это был не обычный день покаяния. С замиранием сердца я пошла с ней в одну из камер пыток. Это была огромная комната с обычными семью свечами. Когда она зазвонила в колокол, появились две маленьких монахини и быстро связали мои руки и ноги. Затем игуменья приказала одной из них так плотно зажать мои ноздри, что я была вынуждена открыть рот, чтобы дышать. Затем она вывалила в мой рот столовую ложку острого кайенского перца, и мне пришлось с трудом проглотить его, чтобы дышать. В течение двух дней после этого я изводилась от зуда и жжения по всему телу. Это за то, что я съела немного мусора!

В другой раз я увидела на столе кусок хлеба и видела его в течение нескольких дней. Наконец, я взяла хлеб, съела его в своей келье, а на следующее утро игуменья снова сказала, что предстоит епитимья. Каким-то образом она узнала о куске хлеба. На этот раз меня привели в комнату с квадратным столом и заставили встать у края, привязав мои запястья к доске.

Было очень темно, и глаза постепенно привыкли к тусклому свету. Она немного отодвинулась в сторону, чтобы ей было удобнее действовать, и вдруг еще одной тяжелой доской сокрушила мои запястья. Из-за ослепительной боли я упала на пол, но я была не свободна и болталась на беспомощных, травмированных руках. Кража даже куска черствого хлеба рассматривалась, как тяжкое преступление и навлекала быстрое и жестокое возмездие.

Строительство туннелей

С годами, которые тянулись так долго, я научилась использовать молоток, пилу, лопату и все остальное, чем человек обычно работает. Работать было очень трудно, мы выполняли тяжелый ручной труд, выкапывая подземные комнаты и тоннели, строя стены, штукатуря и т.д. Часто, возвращаясь обратно, мы проходили по туннелям 3-6 километров. Иногда, из-за строгого правила молчания, мы задавались вопросом, остался ли еще у нас голос. Если мы разговаривали друг с другом шепотом, на следующее утро игуменья вызывала правонарушителей и говорила: «Вы должны совершить епитимью». Мы удивлялись, как она могла услышать нас. Однажды мы узнали, что все пятьдесят шесть километров тоннеля под монастырем были проведены так, что она слышала каждый шепот.

Работая в тоннелях, мы прислушивались к звонку колокола, который сигнализировал, чтобы мы пришли ужинать. Иногда из-за усталости или из-за расстояния мы приходили поздно. Благодаря тому, что у каждой было свое место, было очевидно, кто опоздал. Когда это происходило, мы должны были просить монахиню передать нам наши жестяные кружку, кастрюлю и столовую ложку. Потом мы должны были подползать к каждой монахине, выпрашивая одну столовую ложку ее еды. После подползания к каждой из них преступники садились на пол, чтобы поесть. Это должно было смирить их, сокрушив их злую гордость, а также способствовать оперативности.

Начало дня

Наш день в монастыре начинался в 4:30 утра, когда игуменья звонила в колокол. Этот сигнал означал, что нам дается ровно пять минут, чтобы одеться. В начале я опоздала на полминуты, но из-за этого небольшого нарушения правил наказание было таким тяжелым, что я больше никогда не опаздывала. Слежка и жестокие наказания приносили в монастыре абсолютное и беспрекословное послушание каждому правилу и порядку, какими бы они ни были — неразумными или тривиальными. Ложь, покрывание обмана и сокрытие факта подобного рода нарушений, чтобы избежать ужасных последствий, стали образом жизни монахинь.

Когда мы заканчивали одеваться, мы шли на цыпочках, с опущенными глазами, доложить игуменье. Там она назначала нам наши ежедневные обязанности. Это могла быть чистка, стирка белья, глажка, приготовление пищи или другие тяжелые и каторжные работы.

В прачечной

Стирка производилась в двенадцати старомодных корытах со стиральной доской. Гладили мы чугунными утюгами, нагревая их на печи. Мало того, что мы стирали и гладили одежду для нашего монастыря, но местные священники свободно могли загрузить нас всем своим бельем и одеждой, которые у них были. В конце концов, услуги, выполняемые рабским трудом, были для них бесплатны.

Внизу в прачечной были грубые цементные полы, и в результате тяжелой стирки в двенадцати баках много мыльной воды проливалось на пол. Мы ходили босыми ногами, потому что обувь и чулки — роскошь, которой мы были лишены в монастыре. Игуменья появлялась внезапно, пугая всех, потому что не было никакого способа узнать, почему она пришла. Когда она появлялась, кто-нибудь неизбежно должен был пострадать. Поэтому в монастыре все делалось очень тихо, чтобы мы могли узнать, почувствовать ее присутствие, прежде чем она придет.

Одним из ее любимых трюков в прачечной было приказать одной или нескольким монахиням пасть ниц на холодный, влажный, мыльный пол. Это делалось, с жестокой насмешкой, для того, чтобы жертва лизала своим языком длинные кресты на грубом цементе. Она пристально смотрела, чтобы увидеть, есть ли малейшая вспышка гнева, отвращения или колебаний на лице той, которая вынуждена лизать кресты. Если бы были, она назначила бы лизать от десяти до двадцати пяти крестов. Поверьте, язык всегда был сырой и кровоточащий, прежде чем она была удовлетворена, и жертвы были не в состоянии есть и пить в течение дня или двух из-за искромсанного языка. Много раз игуменья возвращалась на следующий же день, хватала ту же самую жертву и принуждала ее повторить кресты.

Тяжелый ручной труд выступает, как хорошая физическая дисциплина. В нашем истощенном состоянии из-за постоянных пыток и систематического голодания нас вели и держали в состоянии хронической усталости и истощения. Мы были собственностью Папы и системы, которая будет действовать до смерти ради своих удовольствий. Все наши слезы и мольбы ни разу не были услышаны, и никто даже пальцем не пошевелил, чтобы помочь нам.

На коленях по ступенькам

Другим излюбленным наказанием было заставить нас ползти по проходу вверх и вниз десять раз, стоя на коленях. После того, как я сделала это пять или шесть раз, мои колени начали трястись. Истощив силы, я не смогла продолжить, но рухнула в обморок. Игуменья грубо потрясла меня, поставила меня на колени и повелела мне возобновить ползание. Я отчаянно пыталась завершить задание. На следующий день она могла приказать мне снова сделать то же самое, и на этот это привело к сдиранию струпьев с моих ободранных коленей, еще больших синяков и разрывам.

Это типичные муки и пытки, которым маленькие монахини подвергались день за днем, год за годом. Нет никакой пощады, только бессердечная жестокость, и это умножает и усиливает тоскливую безнадежность и отчаяние, которое охватывает весь монастырь.

Бог и епитимьи

Нам постоянно говорили, что такие епитимьи доставляют удовольствие и приносят счастье Богу, Который смотрит вниз на наши горе и страдания и с одобрением улыбается. Хотя в это было трудно поверить, язычники, которые не знаю лучшего, просто верят тому, чему их учат. Никогда не читая Библию, мы не могли узнать правду.

Большинство из нас воспитывались в римско-католическом учении и традициях и были вырваны от семьи и друзей в раннем возрасте. Требовалось время для того, чтобы страшная правда и обман впитались. Когда это произошло, это произвело то, что атеисты возненавидели все, связанное с Богом или святыми. Тогда порочная ненависть и насилие наполняли разочарованием и озлобляли сердце.

Мытье

В этом монастыре не было ванны, только металлические лошадиные баки для воды, и нам разрешали мытья только по приказанию игуменьи. Даже во время купания я носила свой образок, хотя снимала всю одежду. Нас учили, что в первую субботу после смерти католика Дева Мария спускается в чистилище. Кого бы она ни нашла, носящего образок, всех выпустит. Я была связана этими и другими религиозными баснями и ложью, но не знала ничего лучшего. Меня учили принимать за истину все, что сказала игуменья.

Чистилище

В одной из комнат монастыря висела огромная картина, на которой были изображены все ужасы мучимых мужчин, женщин, детей и даже младенцев в ужасном пламени чистилища. Муки и страдания было так наглядно изображены, что на самом деле казались реальными. Нас приводили туда, чтобы мы длительное время размышляли над муками проклятых. После этой сессии игуменья обращалась к монахиням и говорила, что им лучше пойти и перенести еще одну епитимью, так как те бедные люди умоляли, чтобы избежать ужасного пламени горения.

Было много дней, когда я сознательно жгла свое тело и проливала часть своей крови из-за того, что я была убеждена, что мое страдание поможет избавиться от мук тем несчастным людям. Я часто говорю, что если мессу и чистилище изъять из римско-католической системы, то это лишит 90% ее дохода, и она умрет от голода. Эта злая вавилонская система истощает средства и живых, и мертвых, чтобы финансировать свое злокачественное распространение по всему миру.

Кельи монахинь пусты, за исключением статуи Девы Марии, держащей младенца Иисуса. Когда я опускалась на острые провода, выстроенных на молитвенных досках, и простирала руки еще и на другие колючие проволоки, я искренне молилась за потерянное человечество. Меня учили, что мои страдания и кровопролитие помогут спасти их. Я верила, что моя бедная старая бабушка будет скорее выпущена из чистилища (наш семейный священник уверил нас, что после смерти она пошла туда) из-за моих страданий. Часто, несмотря на страдания, я специально продолжала быть дольше в этой болезненной позе, горячо надеясь ускорить ее освобождение.

Нас учили, что за каждую каплю крови, которую мы проливали в монастыре, мы должны были на 100 дней меньше провести в чистилище. Когда монахини работали на кухне или в других местах подземелья, они ради этого часто специально ранили себя, проливая кровь. Это было вбито в наше мышление, что, когда мы проливаем свою кровь, когда мы хлестаем и раздираем наши тела, пытаем и мучаем их, мы получаем индульгенцию для себя и других от чистилища. Помните, что в монастыре нет никакой надежды, ничего, чтобы с нетерпением ждать, кроме непрерывной боли, истощения, голода и, наконец, смерти.

Ради умершего не делайте нарезов на теле вашем и не накалывайте на себе письмен. Я Господь (Лев.19:28).

Для тех, кто учит истине о спасении через веру в Иисуса Христа и знает чудесную
благодать Божию, это может показаться невероятным, что кто-то может так заблуждаться и быть невежественным. Напомню, что если вас всю жизнь учили чему-то иному, и, если, когда вы были впечатлительным ребенком, вас увезли в монастырь и промывали мозги и, наконец, заточили в монастырь, вы бы тоже не знали ничего лучшего.

Статуи

Потребовалось десять страшных лет в монастыре, прежде чем я наконец поняла страшную правду, что я была обманута. Наконец, я убедилась, что Дева Мария, Иосиф, Святой Петр и все другие святые были просто бесчувственным металлом, деревянными или гипсовыми статуями. Это был шок, когда я поняла, что они не могут сделать ничего, чтобы ответить на все горячие молитвы, излитые к ним преданными и заблудшими людьми во всем мире.

Удивительно, насколько устойчивой была моя вера во всех этих ложных идолов. Сколько времени потребовалось, чтобы действительно осознать горькую правду о них и обман, из-за которого мы были заманены в ловушку. С горечью, я пришла к убеждению, что если Бог и существовал, то Он, конечно, или был мертв, или Ему не было никакого дела о человечестве. О, сколько часов я и другие потратили всерьез в рыдающих молитвах у ног этих немых статуй.

Горе мне в моем сокрушении; мучительна рана моя, но я говорю [сам] [в себе]: «подлинно, это моя скорбь, и я буду нести ее; (Иер.10:19).

© Перевела Светлана Никифорова

Продолжение следует…

Президент Нигерии, христианин Гудлак Джонатан навестил раненых в ходе взрывов в городе Кано на севере страны. В минувшие выходные жертвами нескольких одновременных терактов здесь стали около 200 человек. Как предполагается, за терактами стоит террористическая исламистская организация «Боко харам».

В течение 23 часов молодой девушке по имени Анжелика, живущей в Эквадоре, были показаны царства тьмы и света и возвращение Иисуса Христа. Она была свидетелем плача Господа по множеству душ, потерянных навеки; по миру, отвергшего Его; по Церкви, большей частью не готовой к Его Приходу; по людям, которые перестали свидетельствовать грешникам о Нём; по индустрии развлечений, завлекающей детей в сети сатаны. Она видела, как страдают в геенне многие из почитаемых нами кумиров: певцов, ведущих шоу, актёров и даже папу римского. Анжелике также было показано, как замечательно устроено всё на Небесах, как прекрасно это место, где нет зла. Хотя Иисус возвращается ТОЛЬКО за Святым Народом, многие Божии дети не будут готовы ко дню Его прихода, и поэтому они останутся в мире, который скоро погибнет.

Максима (мать):

Меня зовут Максима Замбрано. Наша семья посещает церковь «Casa de Oracion», которая находится в Эль Эмпальме. Мы постились и взывали к Богу в течение 15 дней. С нами также была моя дочь Анжелика. Во время поста я могла видеть сверхъестественное, чего раньше у меня никогда не получалось. Мы уединились, чтобы молиться и поститься, но потом продолжили молиться и взывать к Богу даже у нас дома, и ждали, пока Он не заговорил с нами.

Господь постоянно ободрял нас. Мы часто были готовы отказаться от поста, но рядом с нами всегда был Он. В Иеремии 33:3 сказано:«Воззови ко Мне – и Я отвечу тебе, покажу тебе великое и недоступное, чего ты не знаешь». Моя дочь настойчиво взывала к Богу, хотя тогда я не знала, о чём её молитвы.

Анжелика (дочь):

Меня зовут Анжелика Элизабет Замбрано Моро. Мне 18, я учусь в колледже «Jose Maria Velazco Ibarra», который находится в Эль Кантоне, Эль Эмпальме, Эквадор. Я приняла Христа в 12 лет, но потом подумала: «Среди других моих друзей нет евангелистов, и я не хочу быть белой вороной» и ушла от Бога, чтобы жить грешной жизнью. Но Господь вытащил меня из этой ямы. На моё 15-летие я примирилась с Богом, но всё ещё была двоедушной. Библия говорит (Иак 1:8): «Человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих», и я была одной из таких людей. Мой папа однажды сказал: «Ты не должна так себя вести, это выглядит ужасно, это неправильно», но я ему ответила: «Такая уж я есть, и такой хочу быть, и никто не должен говорить мне, какой я должна быть или что я должна делать, как должна одеваться и как себя вести». Тогда он сказал: «Бог будет общаться с тобой. Он изменит тебя».

На семнадцатый день рождения я стала ближе к Господу. Двадцать восьмого апреля я обратилась к Нему и сказала: «Господь, мне так плохо; я знаю, что я грешница» и рассказала Ему о своих чувствах. «Боже, прости меня. Я хочу, чтобы Ты записал моё имя в Книгу Жизни и принял меня как Своё дитя». Я раскаялась и отдала свою жизнь Богу. Затем сказала: «Господь, я хочу, чтобы Ты изменил меня». Я плакала от всего сердца, прося Господа изменить меня. Но время шло, и я чувствовала, что ничего не изменилось. Единственным изменением было то, что я начала ходить в церковь, читать Библию и молиться. Это было единственным изменением в моей жизни.

Затем, в августе, меня пригласили принять участие в 15-дневном посте. Я согласилась, но перед самым началом попросила у Бога: «Мне бы хотелось, чтобы Ты поговорил со мной». Во время поста Господь разговаривал со всеми, кроме меня! Он как будто не замечал моё присутствие, и это причиняло мне боль. Я продолжала молиться: «Господь, Ты любишь меня? Ты здесь? Ты со мной? Почему Ты не разговариваешь со мной, как с другими? Ты открываешь им многое, даже пророчества». Я попросила Его показать знамением, что Он со мной, и Господь ответил мне стихами Иеремии 33:3: «Воззови ко Мне – и Я отвечу тебе, покажу тебе великое и недоступное, чего ты не знаешь». Я спросила у него: «Господь, это Ты только что говорил со мной?» Потому что я слышала Его голос и видела эти слова наяву.

Я спросила: «Господь, это для меня?» Я никому ничего не сказала, хотя все остальные свидетельствовали друг другу, что Бог показал им. Но я держала Его послание в тайне и обдумывала слова «Воззови ко Мне». Это означает «молиться”, но что значит «великое и недоступное”? Я подумала: «Тут могут подразумеваться только небеса и ад”. Поэтому я сказала: «Господь, я хочу, чтобы Ты показал мне только небеса, но не ад, потому что я слышала, что это место ужасно». Затем я помолилась от всего сердца: «Господь, если Твоя воля показать мне то, что я должна знать, то покажи мне это, но сперва измени меня. Я хочу, чтобы Ты сделал меня другой. Я хочу измениться».

После окончания поста были и искушения, и трудности, и иногда я чувствовала, что слабею и не могу идти дальше вместе с Богом. Но Он дал мне силы. Я начала слышать Его голос и лучше понимать Его волю. Мы стали хорошими друзьями. Господь – наш лучший Друг, также же как и Святой Дух. Я сказала Ему: «Господь – Ты мой лучший Друг. Я хочу познать лучше Твою волю» и поделилась с Ним всеми моими мыслями.

Я молилась весь август, и потом, в ноябре, в наш дом постучался слуга Божий и сказал: «Да благословит вас Господь». Я ответила: «Аминь». Затем он сказал: «Я здесь, чтобы передать сообщение от Бога… ты должна подготовиться, ибо Он покажет великое и недоступное, чего ты не знаешь. Он покажет тебе небеса и ад, потому что ты об этом просила у Него по Слову, написанному в Иеремии 33:3». Я сказала: «Это так, но откуда ты знаешь? Я никому об этом не говорила». Он ответил: «Тот же Господь, Которому ты служишь и которого восхваляешь, Тот же Господь, Которого восхваляю и я, рассказал мне всё».

Вскоре мы начали молиться. С нами молились несколько сестёр из церкви и другие члены моей семьи. Как только мы начали молиться, я увидела, как открываются небеса. Тогда я сказала: «Вижу, как открываются небеса и как два ангела сходят вниз!» Человек Божий сказал: «Спроси их, почему они здесь».

Они были высоки и прекрасны, красивы были и их крылья. Они были огромными и казались прозрачными, сверкающими как золото. На них были святые одежды и сандалии из хрусталя. «Почему вы здесь?» Они улыбнулись и сказали: «Мы здесь потому, что нам нужно выполнить Божие задание… Мы здесь потому, что ты должна посетить небеса и ад, и мы до конца будем с тобой». Я ответила: «Очень хорошо, но я хочу посетить только небеса». Они улыбнулись и остались с нами, но больше ничего не говорили. Когда мы закончили молиться, ангелы никуда не ушли.

Также я начала видеть Святой Дух. Он – мой лучший Друг. Он Свят, Он Всеведущ и Вездесущ! Я могла видеть Его, прозрачного и сверкающего в то же самое время. Благоговея, я видела Его улыбку и Его любящий взгляд! Я едва могу описать Его, потому что Он был прекраснее ангелов. Те были красивы, но Святой Дух гораздо красивее их! Я слышала Его голос; голос, полный глубокой любви. Нельзя просто описать Его голос, но могу сказать, что он был подобен молнии, и я услышала слова:«Я с тобой». Меня окружали искушения, но я старалась не сойти с праведного пути. Иногда мне было очень трудно, но Святой Дух вёл меня. Мы одерживали победу за победой. Я сказала: «Господь, да исполнится воля Твоя». Я продолжала видеть ангелов даже в школе на моих занятиях. Я была так счастлива, меня переполняла радость, потому что я и вправду могла их видеть!

Слуга Божий, который приходил ко мне домой, сказал, чтобы я подготовилась, потому что мне предстоит увидеть небеса и ад. Но он сказал мне также то, что трудно было принять: «Ты умрёшь».

«Как я могу умереть? Я так молода». Он ответил мне: «Ни о чём не тревожься, ибо всё, что делает Бог – ко благу, и Он вернет тебя к жизни, и так ты сможешь засвидетельствовать о небесах и об аде. Бог хочет, чтобы мы знали о них». Я сказала: «Да будет так, но я просто умру или меня переедет машина?» Мне в голову постоянно приходили мысли о моей грядущей смерти, но Господь повелел ни о чём не беспокоиться. Всё было под контролем. Я воскликнула: «Спасибо Тебе, Господи!»

Шестого ноября, после того, как я пришла домой со школы, ангелы были ещё со мной и восхваляли Бога. Всё, что они говорили – Свят, Свят, Свят, Аллилуйя! Ангелы воздавали честь, хвалу и славу нашему Небесному Отцу. С ангелами был Святой Дух, и я радовалась. Многие люди говорят, что прославлять Бога – скучное занятие, но это большая ложь дьявола, который хочет, чтобы люди перестали искать Божьего присутствия. Я тоже так считала, но после встречи со Христом и Святым Духом я знаю, что прославлять Его совсем не скучно, и песнопения – самое прекрасное, что у нас есть на Земле!

Я могла видеть, играть и даже разговаривать со Святым Духом. Ангелы со мной не беседовали; они славили Бога. Я не раз просила: «Святой Дух, помоги, пожалуйста, мне в этом деле». И Он всегда был со мной и помогал во всём. Я могла чувствовать и видеть Его, хотя многие этого не могут. Общение между нами продолжалось. Нет причины прекращать его, когда вы испытали эти прекрасные чувства… И я не могла разорвать эту связь. Когда я вспоминаю, какую грешную жизнь вела раньше, и как Господь избавил меня от греха, я всегда благодарю Его за оказанную милость, за Его любовь ко всему человечеству и ко мне!

Седьмого ноября, возвращаясь домой, я услышала голос, говоривший: «Приготовься, ибо сегодня ты умрёшь». Я знала, что это сказал мне Святой Дух, потому что я могла Его видеть. Я не стала к Нему прислушиваться и возразила: «Господь, я не хочу умирать сегодня!» Но Он повторил: «Приготовься, ибо сегодня ты умрёшь». В этот раз голос был громче и сильнее. Я сказала: «Господь, я знаю, это Ты говоришь со мной. Я только прошу подтверждения, а после делай со мной, что пожелаешь. Я сделаю всё, что бы ты не просил; подчи-нюсь, даже если буду бояться, ибо мне известно, что Ты со мной и Ты существуешь».

Я молилась: «Пусть человек, которого Ты использовал прежде, принесёт мне эту весть раньше, чем я приду домой. Позволь ему быть рядом со мной в минуту моей смерти, и пусть он скажет мне, что сегодня я умру». Каким-то образом Господь знает наше прошлое, настоящее и будущее. Он знал, о чём я Его попрошу, поэтому, когда я вернулась домой, слуга Божий был уже там.

Максима:

Когда моя дочь пришла домой, мы были на кухне. Анжелика увидела Божьего человека и сказала ему: «Будьте благословенны». Человек ответил: «И ты будь благословенна. Твои приготовления завершены? Ибо сегодня тот день, когда Господь заберёт тебя, в 4 часа дня». Она просто застыла на месте, удивлённая тем, что Бог выполнил её просьбу.

Анжелика:

Услышав его слова, я сказала: «Аминь. Но я не хочу умирать, я не могу умереть! Нет, Господи, я боюсь, очень боюсь и ужасаюсь!» Тогда слуга Божий предложил: «Давай помолимся, чтобы страх оставил тебя во имя нашего Господа». Я сказала «Аминь», и мы помолились. Вскоре я почувствовала, как все страхи оставили меня, и вместо них пришла радость, которую нельзя было описать словами. Я думала, что смерть была самым лучшим, что могло случиться со мной. Я начала улыбаться и смеяться. Все смотрели на меня и видели, как моё «сумасшествие» переходит в весёлость. Я улыбалась, прыгала и пела.

Максима:

Моя дочь мгновенно почувствовала радость в сердце и начала есть. Она ела понемногу от каждого блюда. Анжелика пошутила: «Если я не вернусь, то, по крайней мере, я наелась».

Анжелика:

Все смеялись и спрашивали: «Почему ты радуешься? Ведь тебе должно быть грустно». Я ответила им:«Конечно, радуюсь, потому что увижу Господа и буду с ним рядом. Но не знаю, разрешит ли Он мне вернуться, поэтому я хотела бы раздать все мои вещи». Моя мама широко раскрыла глаза от удивления.

Максима:

Моя дочь начала раздавать свои вещи. Она раздавала всё! С нами, как обычно, были и другие сёстры во Христе, и каждая из них получила что-нибудь от Анжелики. Когда я спросила у неё, для чего она это делает: «Если я вернусь, они могут отдать мне всё обратно, но если не вернусь, мои вещи останутся у них».

Анжелика:

Могу представить, как опечалилась мама, услышав мои слова. Но мне было так радостно, что я начала раздавать всё – мою одежду, постель, мобильник, но с одним условием: если я вернусь, они должны будут отдать мои вещи обратно. Они все начали смеяться.

Максима:

Она действовала очень решительно, но мне, как её матери, было очень грустно и тяжело. Я спросила у Бога: «Что Ты приготовил для моей дочери? Будет ли ей больно?»Этого я не могла понять. Когда остальные приступили к молитве, я начала подготавливать дом к тому, что должно случиться. Мне говорили: «Сестра, давай помолимся», но я ответила: «Вы продолжайте, я скоро присоединюсь к вам. Позвольте мне закончить с приготовлениями».

Анжелика:

Пока я молилась, они все смотрели на меня. Я говорила: «Господь, я хочу, чтобы ты исполнил Свою волю. Ты – не человек, и не можешь ни лгать, ни отступать от Своего Слова, и я знаю, что Ты существуешь. Если я не смогу выполнить Твою волю, то будет лучше, если Ты заберёшь меня к Себе; но если я смогу оправдать Твоё доверие, верни меня обратно и помоги рассказать людям истину, научи меня проповедовать и приводить людей к Тебе». Вот такой была моя краткая молитва. Я пересказала её содержание Божьему служителю и попросила его не говорить моей маме о том, что я сказала Господу. Он ответил: «Я ничего не скажу ей сейчас, но когда Господь заберёт тебя, твоя мама обо всём узнает». Мы снова вошли в молитвенный круг и продолжили молиться.

Максима:

В половине четвёртого Господь велел Его слуге помазать мою дочь елеем, поэтому некоторые из нас пошли в другую комнату, чтобы помазать Анжелику. Мы помазали её всю – с головы до пят.

Смерть

Анжелика:

Моя мама и другая сестра во Христе, Фатима Наваррети, помазали меня елеем. Во время помазания я чувствовала, как что-то, похожее на стекло, покрывает моё тело. Я словно была облечена в доспехи. После окончания моего помазания молящиеся больше не могли ко мне прикоснуться.

Максима:

Пока мы молились за Анжелику, я пыталась возложить на неё руки, но не смогла дотронуться до неё! Со всех сторон её окружала какая-то преграда толщиной примерно 30 см. Это потрясло меня больше всего. Я возлагала руки на людей раньше в служении Богу, но подобное никогда со мной не случалось! Я сказала: «Похоже, что-то происходит» и начала молиться, благодаря Господа. И вдруг меня охватила огромная радость. Печаль за мою дочь бесследно исчезла. Мы продолжали молиться, и в 4 часа дня она упала на пол.

Анжелика:

Во время молитвы мне становилось всё труднее дышать. В сердце и желудке я почувство-вала боль. Кровь замедлялась в моих венах, и по всему моему телу распространялась боль. Всё, что я могла произнести – «Господи, дай мне сил, дай мне сил!». После я упала и больше не смогла ничего сказать. Силы полностью покинули меня. Взглянув на небеса, я смотрела уже глазами моего духовного тела. Небеса открывались, и я увидела ангелов – не двух, и даже не десять – но целый легион. В самой середине я увидела Свет, в десятки раз ярче солнечного. «Господи, это Ты идёшь!» – вырвался у меня возглас.

Максима:

Когда Анжелика упала, мы пытались её поднять, но она не могла стоять самостоятельно. Мы уже могли прикасаться к ней. Она говорила: «Молись, мамочка, у меня нет сил, и мне больно». Сперва боль появилась у неё в сердце, а затем гораздо ниже, в брюшной полости. Мы продолжали молиться и взывать к Богу. Он забрал её жизнь.

Никогда раньше я не видела, как кто-то умирает. Мне же пришлось смотреть, как в мучениях умирает моя дочь, что было куда хуже! Я не смогла понять её последние слова, а вскоре она замерла. Я коснулась лица Анжелики и поднесла к её губам зеркальце, но оно не запотело. Я держала дочь; она была тёплой, словно живая. Я накрыла её простынею, и скоро Анжелика похолодела. Её волосы легли, как у мертвеца.

Анжелика:

Ко мне приближался Иисус, и я чувствовала, как моё тело умирает. Иисус и ангелы становились ближе, и я понимала, что ухожу из этого мира. Когда моё тело упало, они были уже у меня дома.

Я плакала и кричала, увидев своё тело на полу. Я спросила: «Господи, что происходит?» Мне хотелось коснуться тела и войти в него, но все мои попытки оказались напрасными. Я словно хваталась за воздух. Никто из молящихся не слышал меня. Поэтому я закричала: «Помоги мне, Господь!»

Максима:

Когда мы молились, пришёл мой муж и увидел Анжелику лежащей на полу. В ту минуту Господь дал мне сил, потому что я не знала, что ему сказать. Она будто лежала в коме, но я знала, что с ней всё в порядке, ведь это с ней сделал Господь. Поэтому я сказала: «Боже, да будет воля Твоя!».

Господь Иисус Христос

Анжелика:

В то мгновение я услышала голос Бога, прекрасный, громоподобный и полный любви. «Не бойся, Дочь моя, ибо Я – Иегова, Бог Твой. Я пришёл показать обещанное Мною. Поднимись, ибо Я Иегова, Тот, Кто держит тебя за правую руку и говорит – не бойся, ибо Я помогу тебе».

И вдруг я поднялась. Перед этим я стояла на коленях и смотрела на моё тело. Но с первыми звуками Его голоса страх покинул меня, и больше я не боялась.

Как только я сделала первые шаги, ангелы открыли передо мною дорогу. Меня окружало яркое сияние, и созерцая его, я почувствовала умиротворение. Потом я увидела красивую, высокую, изящную и мускулистую фигуру. Это от неё исходило сияние. Но лицо Господа было слишком ослепительным, чтобы на него смотреть! Зато я могла любоваться Его волосами, сверкающими, как яркое золото, и белоснежным одеянием с широкой лентой, на которой было написано: «ЦАРЬ ЦАРЕЙ И ГОСПОДЬ ГОСПОДСТВУЮЩИХ».

Я взглянула на Его ноги. На них были сверкающие сандалии. Он был так прекрасен! Иисус протянул мне руку. Моя рука не прошла через неё, как было с моим телом. Я спросила: «Что происходит?», и Он ответил: «Я покажу тебе ад. Ты вернёшься на землю и расскажешь человечеству, что ад существует, что ад – не просто плод чьего-то воображения. Также Я покажу тебе Мою Славу, ибо ты должна сказать Моему Народу, чтобы Тот готовился. Слава Моя существует, как существую и Я». Он снова попросил меня перестать бояться. Я сказала Ему: «Господь, я просто хочу посмотреть на Небеса, а не на ад, это слишком ужасное место». Он ответил: «Дочь, Я буду с тобой. Я не оставлю тебя в этом месте. Я покажу тебе ад потому, что многие знают, что он существует, но не имеют перед ним страха. Они думают, что это какая-то игра, что ад – просто шутка. Также есть многие, кто не знает о нём ничего. Вот почему Я хочу показать Тебе это место. Сейчас в мире больше грешников, а не тех, кто ходит в Моей Славе». Говоря эти слова, Он плакал – я видела, как слёзы струились к Его одеждам. Я спросила: «Господи, по-чему Ты плачешь?» Он произнес: «Дочь, потерянных душ слишком много. Я покажу тебе ад, и ты пойдёшь и расскажешь истину другим людям, чтобы больше тебе не возвращаться в это место».

Ад

И вдруг, пока Он говорил, всё пришло в движение. Земля содрогнулась, и я увидела, как внизу появляется тёмная скважина.

Мы стояли на какой-то скале, и нас окружали ангелы. Я воскликнула: «Господь, я не хочу отправляться в это место». На что он ответил: «Дочь, не бойся, ибо Я с тобой». В долю секунды мы оказались внутри этой скважины. Я взглянула вниз, но ничего не увидела – там была непроницаемая тьма, но до меня доносились миллионы голосов.

Мне было жарко; я чувствовала, как горит моя кожа. Я спросила: «Господь, что это? Я не хочу идти туда!» Бог ответил, что это просто туннель в ад.

Оттуда исходил ужасный, отвратительный и тошнотворный запах, и я молила Иисуса не брать меня туда. Он ответил: «Дочь, тебе необходимо увидеть ад». Тогда я вскричала: «Почему, Господи, почему?» И он ответил:«Чтобы ты могла поведать человечеству правду, ибо оно погибает. Многие уже потеряны для Меня и слишком мало людей попадает на Небеса» (Матф 7:14). Сказав это, Он заплакал. Его слова придали мне сил и ободрили. Я продолжала идти.

Мы дошли до конца туннеля. Я взглянула вниз и увидела бездну, покрытую языками пламени. Господь сказал: «Дочь, Я даю тебе это». В Его руках был скоросшиватель с чистыми листами бума-и. «Дочь, возьми этот карандаш, чтобы ты могла записать всё, что Я покажу тебе. Записывай, как видишь и слышишь; так, будто тебе самой приходиться всё переживать». Но я возразила: «Господь, я выполню твою просьбу, но мне и так было уже много показано. Я видела, как мучаются души, и как лижут их огромные языки пламени».

Максима:

Время шло, а моя дочь всё ещё лежала неподвижно. «Господь, что происходит?» – спросила я. Из её глаз вытекали слёзы, которые, когда я их вытирала, появлялись вновь. Я снова поднесла зеркальце к её губам, чтобы посмотреть, дышит ли она, но ничего не было. Слуга Божий сказал нам: «Сейчас она в том месте, где нет улыбок и смеха, но есть только вечные мучения».

Анжелика:

Я сказала Иисусу: «Я буду говорить всем, что ад существует, только, пожалуйста, выведи меня отсюда!», и Он ответил: «Дочь, мы даже не зашли ещё в это место, и Я тебе ничего ещё не показал, а ты уже хочешь, что Я забрал тебя отсюда?» Затем мы начали спускаться в бездну. Я заплакала и стала кричать: «Господи, нет, нет, нет, нет, я не хочу туда!», на что Он просто сказал: «Тебе нужно это увидеть».

Я увидела ужасных демонов всевозможных форм и размеров. Они очень быстро перемещались, и в их руках что-то было. «Господь, почему они так бегают, и что они несут?» Он ответил: «Дочь, они спешат потому, что знают – их время на исходе. Слишком мало его осталось, чтобы погубить всё человечество и особенно Мой Народ. В руках у них стрелы дьявола. Каждый демон имеет собственное имя, и по имени их поражают они стрелой человека. Какое у них имя, такой грех и совершит человек. Намерение сих духов – развратить, а затем привести в ад». Я видела, как демоны выбегают из ада. Господь сказал мне: «Они бегут на Землю, чтобы похитить у Меня души». При этих словах Он разрыдался. Всё время в аду Господь плакал, и вместе с Ним плакала и я.

Максима:

Моя дочь была мертва 23 часа, но я не стала сообщать об этом представителям власти. Я молилась: «Господь, я буду ждать 24 часа. Если моя дочь не вернётся после этого срока, я позову доктора». Но Господь вернул её до того, как эти 24 часа истекли.

Анжелика:

Господь спросил у меня: «Ты готова увидеть, что Я собираюсь показать тебе?» Я ответила: «Да, Господь». Он перенёс меня к камере, где я увидела молодого человека в огне. Я заметила, что камера имела свой номер, но мне не удалось понять числа: они словно были перевёрнуты.

Я спросила Иисуса: «Господь, почему он здесь?» Затем я вспомнила, что была знакома с ним когда-то. Этот человек знал Бога, но однажды отвернулся от Него и пристрастился к наркотикам, алкоголю. Он не хотел идти праведным путём. Иисус много раз предупреждал его о том, что может с ним случиться. Господь сказал:«Дочь, он находится в этом месте потому, что всякий, кто отвергает Моё Слово, уже осуждён. Это Слово осудит его в последний день» (Ин 12:48). Сказав это, Иисус снова заплакал.

Наш Господь плачет не так, как мы. Он плачет с болью в сердце; плачет, чтобы выплакать всю горечь, что накопилась в Его душе. «Я сотворил ад не для людей», – сказал Господь. Поэтому у меня возник вопрос. – «Тогда почему здесь люди?» Он ответил: «Дочь, Я создал ад для сатаны и его ангелов – злых духов (Матф 25:41), но из-за того, что человек грешит и не раскаивается, он оказывается здесь». (Матф. 7:14) Господь рыдал, и мне было очень больно видеть Его слёзы. «Дочь, Я отдал за человечество Свою жизнь, чтобы оно не погибло, чтобы не попало в ад. Я отдал мою жизнь из любви и милосердия, чтобы люди имели возможность покаяться и войти в Царство Небесное». Иисус стонал, как человек, который больше не может терпеть боль, – так велика она была, когда Господь смотрел на погибшие души.

Рядом с Иисусом я чувствовала себя в безопасности. Я подумала: «Если я отойду от Господа, то буду здесь вечно». Я спросила в слезах: «Иисус, в аду есть мои родственники?» Бог ответил: «Дочь, Я с тобою», потому что мне было страшно. Он перенёс меня к другой камере. Я не могла даже представить, как кто-то из моих родственников может попасть в ад. Я видела, как мучается в камере эта женщина: её лицо поедали черви, а грудь была пронзена копьём падших духов. Женщина вопила: «Господи, смилуйся надо мной, прости меня, пожалуйста, забери меня из этого места хотя бы на минуту!» (Луки 16:24).

В аду люди мучаются от воспоминаний о плохих поступках, совершённых ими на Земле. Бесы дразнили людей: «Поклоняйтесь и воздавайте хвалу, теперь это ваше Царство», и люди вопили, вспоминая, что когда-то слышали о Боге и читали Его Слово. И тех, кто знал Господа, но отверг Его, мучили больше других.

Бог сказал: «Им больше нет спасения, но живые ещё могут его получить». Я спросила у Бога: «Господь, почему здесь моя прабабушка?» Он ответил: «Она здесь потому, что не смогла однажды простить… Дочь, непрощающего и Я не прощу».

Я сказала: «Господь, но Ты Всепрощающий, Ты Бог Милосердный». И Он ответил: «Прощать нужно всегда и всем. Именно потому, что эти люди не прощали других, они попали в ад. Иди и скажи человечеству, чтобы оно нашло время прощать, напомни об этом особенно Моему Народу, ибо многие из Него не научились этого делать. Скажи им очистить свои сердца от зависти, обиды и ненависти. Если к человеку, никогда не прощавшему, вдруг пришла смерть, он отправится в ад, ибо никто не может купить жизнь вечную». Когда мы отошли от камеры моей прабабушки, она завопила, богохульствуя и проклиная имя Господне; в аду каждый проклинает Бога.

Мы ушли из той части ада. Многие люди протягивали к Иисусу руки, умоляя избавить их от мучений в аду. Но Господь ничего не мог для них сделать, и люди начинали проклинать Бога. Иисус плакал и говорил: «Мне больно слышать их, больно видеть, что они делают, потому что Я больше ничего не могу сделать для них. Но Я скажу тебе – ещё есть возможность спастись для тех, кто жив, кто не покинул Землю. У них ещё есть время на покаяние!»

Господь сказал мне, что в аду много знаменитостей и также тех людей, кто слышал о Нём. Он сказал: «Я покажу тебе другую часть этой печи». Мы подошли к месту, где в пламени мучилась женщина и молила Бога о прощении. Иисус показал на неё: «Женщину, которую ты видишь, называли Селеной». Когда мы приблизились, она закричала: «Господь, смилуйся надо мной, прости меня, забери из этого места!» Но Бог посмотрел на неё и сказал: «Поздно, слишком поздно. Ты не можешь сейчас раскаяться».

Тогда она обратилась ко мне: «Пожалуйста, прошу тебя, скажи об этом людям, пусть они говорят во всеуслышание, чтобы и другие не попадали сюда, чтобы не слушали и не пели мои песни». (1 Ин 2:15) Я спросила её: «Почему ты просишь меня об этом?» И она ответила: «Потому что каждый раз, когда люди поют и слушают мои песни, меня мучают ещё больше, и тот, кто слушает и поёт мои песни, тоже попадёт в ад. Пожалуйста, скажи им не приходить сюда. Скажи им, что ад существует на самом деле!» Она завопила, и откуда-то издалека демоны бросили в неё копьё. «Помоги мне, Господь, смилуйся надо мной!» Но Тот печально произнёс: «Слишком поздно».

Я окинула взглядом эту часть ада: она вся была заполнена певцами и актёрами, которые уже умерли. Единственным их занятием было пение, и они не могли остановиться. Господь объяснил: «Человек в аду должен продолжать делать то, что он делал на Земле».

Я заметила множество демонов, которые вызывали нечто похожее на дождь. Так я думала сначала. Но потом люди стали убегать от него, крича: «Нет, помоги нам, Господи! Этого не может быть!», а демоны смеялись и говорили людям: «Славьте и поклоняйтесь, теперь это Царство навеки ваше!» Я увидела, как пламя вспыхнуло с новой силой и количество червей на людях умножилось. Я спросила Иисуса: «Что происходит? Господь, что это?» Бог ответил: «Это возмездие за грех». (Пс. 10:6).

Затем Господь отнёс меня в то место, где был очень известный человек. Раньше я была двоедушной христианкой и думала, что после смерти человек попадает на небеса; что тот, кто проповедует перед толпами, также отправится на небеса, но я ошибалась. Когда умер папа Иоанн Павел II, мои друзья и родственники говорили мне, что он на небесах. По всем телевизионным каналам, газетам и в других источниках информации говорилось: «Папа Иоанн Павел II умер и покоится с миром. Сейчас он ликует вместе с Господом и ангелами на небесах», и я всему этому верила. Но я только обманывала себя, потому что увидела этого человека в аду. Я посмотрела на его лицо, и поняла, что это Иоанн Павел II!

Господь сказал мне: «Взгляни, Дочь, это папа Иоанн Павел II. Он находится в аду и мучается, ибо не раскаялся».

Но я спросила: «Господь, почему он здесь? Ведь он проповедовал в церкви». Иисус ответил: «Дочь, ни один блудник, или нечистый, или любостяжатель, который есть идолослужитель, или лжец не имеет наследия в Моём Царстве». (Еф 5:5). Я ответила: «Верю, что он осуждён справедливо, но я хочу знать, почему Иоанн Павел II здесь, ведь он учил множество людей!» Иисус ответил: «Да, Дочь, он рассказывал о многом, но никогда не говорил правду; такую, какая она есть на самом деле. И пастор, и его паства знали эту правду. Спасению он предпочёл деньги и не учил тому, что ад существует. И теперь он здесь».

Вокруг его горла была змея с шипами, и он пытался её снять. Я молила Бога: «Господь, помоги ему!». Человек закричал: «Помоги мне, Господь, смилуйся надо мной, забери меня из этого места, прости меня! Господь, я хочу вернуться на Землю и раскаяться!» Бог посмотрел на него и произнёс: «Ты всё понимал. Ты всё хорошо понимал. Ты знал, что это место существует… Слишком поздно. У тебя нет больше возможности покаяться».

Господь продолжил: «Смотри, Дочь, Я покажу тебе жизнь этого человека». Иисус показал мне огромный экран, на котором я могла видеть, как этот человек служил мессу множество раз. И видела, как люди на этих мессах поклонялись идолам. Иисус сказал: «Смотри, Дочь, как много идолов в этом месте. Идолопоклонничество никого не спасёт. Я Единственный, кто может спасти. Я люблю грешника, но не люблю грех. Иди и скажи людям, что Я люблю их, и что им нужно придти ко Мне».

Пока Господь говорил, я видела, как этот человек получает деньги, но ему всё было мало. Я видела, как он восседает на троне, но также я видела и другую, не столь «величественную» сторону его жизни. Это правда, что священникам не разрешается жениться, но могу заверить, что я нисколько не выдумываю – это показал мне Господь – они спали с монахинями и многими женщинами!

Господь показал мне, как эти люди живут в прелюбодеянии, а Слово говорит, что ни один прелюбодей не имеет наследства в Его Царстве. Пока я за всем этим наблюдала, Господь сказал: «Дочь, всё из того, что Я тебе показал, происходило в его жизни и будет происходить в жизнях других, среди многих священников и пап». Затем Он сказал мне: «Дочь, иди и скажи человечеству, что пора возвращаться ко Мне».

Господь показал мне «дорогу», по которой многие люди шагают в ад. Я спросила Его: «Как они идут по ней?» Он ответил: «Я покажу тебе». Бог показал мне туннель, через который шли люди. Они были закованы в цепи с головы до пят и одеты в чёрную одежду. На их спинах был груз. Господь сказал: «Смотри, Дочь, люди, которых ты видишь, это люди, ещё не познавшие Меня. Груз на их спинах – это грех. Скажи им, чтобы они отдали свой груз и утешились во Мне. Ведь Я – Тот, Кто прощает их грехи. Дочь, скажи людям приходить ко Мне, ибо Я жду их с распростёртыми объятиями. Скажи им, что без Меня они шагают в ад».

«Господь, вон тот человек – мой двоюродный брат, а та девушка – моя кузина. Моя семья попадёт в ад!» Он ответил: «Дочь, они все шагают сюда, но ты пойдёшь к ним и скажешь, куда они попадут после смерти, если не раскаются. Скажи им, что Я выбрал тебя Моим свидетелем, ибо это значит, что ты должна говорить правду. Если ты не будешь свидетельствовать, и с человеком, который мог услышать твое свидетельство, произойдёт что-нибудь ужасное, то его кровь будет на тебе. Но если сделаешь так, как Я скажу, люди узнают Меня. Если даже после этого человек не раскается, тогда ответственность будет снята с тебя, и её переложат на человека, который не раскаялся». (Иез. 3:18).

Иисус рассказал, что многие знаменитости попадают в ад. Возьмите, к примеру, Майкла Джексона. Этот человек был известен во всём мире, но он был сатанистом. Хотя многие люди так не считают, они просто этого не видят. Он заключил сделку с дьяволом, чтобы прославиться и привлечь к себе множество людей.

Майкл Джексон двигался на сцене так же, как и демоны в аду, которые мучили людей. Они скользили назад, наслаждаясь криками и мучениями жертв. Позвольте мне сказать, что Майкл Джексон тоже в аду. Господь показал мне его. Я закричала: «Почему?» Нелегко было видеть, как мучают человека. Всех, кто слушает песни Майкла Джексона или поёт их, или кто его фанат, я хочу предупредить: сатана заманивает вас в его ловушку, чтобы вы оказались после своей смерти в аду. Сейчас же отрекитесь от греха во имя Иисуса! Он хочет освободить вас; хочет, чтобы ваша душа не погибла.

Господь сказал: «Дочь, здесь есть также люди, знавшие Меня, и они тоже шагают по этому туннелю в ад». Я спросила: «Господь, как они могут сюда попасть?» Он ответил: «Так происходит потому, что они оставляют Мой путь и становятся двоедушными». И Бог показал мне таких людей. Они тоже были закованы в цепи.

На них были белые одеяния, изорванные в клочья, помятые и все в пятнах. Иисус сказал: «Дочь, смотри, как Мой Народ уходит от Меня. Я хочу сказать тебе, что Я приду не за этими людьми. Я иду за святыми, которые уже готовы к Моему Пришествию, чьи одежды не запятнаны скверной… Скажи им вернуться на праведный путь».(Еф 5:26-27) Я со страхом смотрела, как мои дядья и многие другие люди шагали по дороге в ад, уходя с путей Господних. «Иди и скажи им, что Я жду их, чтобы они отдали Мне свой груз, и Я дам им покой». Иисус плакал. «Дочь, они все идут в ад. Скажи своим родственникам, что они попадут в ад, если не изменят свою жизнь! Дочь, многие не поверят тебе, но и Я буду свидетельствовать твоими устами. Я никогда не покину тебя. Даже если они не будут верить, иди и говори правду, ибо Я с тобою. Я покажу тебе, как потом люди попадают в ад».

Мы переместились в туннель, из которого множество людей падало в бездну. Не тысяча, и даже не две, а миллионы; столько, сколько песчинок на берегу морском. Им не было числа. Они падали вниз каждую секунду. Иисус плакал. Он сказал: «Вот как гибнет человечество! Как Мне больно это видеть!»

Иисус сказал: «В этом месте также собираются демоны для встреч». И я спросила: «У демонов есть собрания?» Иисус ответил: «Да, Дочь, они собираются, чтобы придумать план, как уничтожить человечество. Эти встречи проходят тайно каждый день». Господь показал мне помещение, где я увидела деревянный стол, вокруг которого стояли стулья. В помещении были все виды демонов. Иисус объяснил: «Дочь, они собираются разрушить семьи пасторов, миссионеров, евангелистов и всех, кто знает Меня. Дочь, они хотят уничтожить их, и целей у демонов немало».

Демоны смеялись и говорили: «Давайте уничтожим человечество и приведём его в это место». Иисус сказал: «Иди и скажи Моему Народу, что Я с Ним. Скажи не оставлять двери открытыми, не оставлять место для сатаны, ибо он ходит как рыкающий лев, ища, кого поглотить». (1Пет. 5:18) Но в Слове сказано – он ходит «как лев», потому что есть только один Лев, и этот Лев из колена Иудина – Иисус Христос из Назарета. (Откр. 5:5) Иисус сказал: «Больше всего демоны хотят разрушить семьи пасторов». Я спросила: «Почему они этого хотят?» Иисус ответил: «Потому что пасторы стоят во главе тысяч людей, которые есть овцы стада, что Господь дал Своим служителям. Демоны хотят, чтобы эти люди снова вернулись к миру, вернулись на путь греха и закончили свою жизнь в аду… Иди и скажи пасторам провозглашать истину. Скажи им проповедовать всё, что Я им говорю, и никогда не храни сказанные Мною слова в тайне».

Когда мы уходили из этого места, Он произнёс: «Я хочу показать тебе кое-что ещё… Здесь есть и дети». Я спросила: «Господь, почему они здесь? Ибо в Твоём Слове сказано, что таковых есть Царство Небесное».(Матф. 19:14) Иисус ответил: «Дочь, это так, но сначала ребёнок должен обратиться ко Мне, ибо приходящего ко Мне Я не изгоню вон». (Ин. 6:37) В то же мгновение Господь показал мне восьмилетнего мальчика, терзаемого пламенем. Мальчик кричал: «Господь, смилуйся надо мной, забери меня из этого места, я не хочу быть здесь!» Рядом с этим мальчиком я увидела демонов, которые напоминали героев из мультфильмов. Среди них были: Dragon, BoyZ, Ben 10, Pokémon, Doral, и т. д. «Господь, почему этот мальчик здесь?» Господь показал мне его жизнь. Я увидела, как он проводил всё своё время перед экраном телевизора и смотрел эти мультики.

Иисус сказал: «Дочь, мультфильмы, кино, мыльные оперы, которые каждый день показывают по телевизору – оружие сатаны для уничтожения человечества. А теперь смотри, Дочь, чем всё закончилось». Я видела, что этот мальчик не слушается своих родителей. Когда они пытались заговорить с ним, он убегал и раскидывал вещи. Вскоре его переехала машина. Иисус сказал мне: «С тех пор он здесь».

Я смотрела на этого мальчика, когда его истязали. Иисус произнёс: «Дочь, иди и скажи родителям учить детей по Слову Моему, (Пр. 22:6) ибо каждое слово в Писании верно. Слово Божие учит нас воспитывать детей розгами, если они непослушны». (Пр. 22:15) Господь сказал мне нечто печальное: «Дочь, в этом месте много детей из-за мультфильмов и непослушания, к которым они приводят». Я спросила Его: «Господь, почему в этом виноваты мультфильмы?» И Он объяснил:«Потому что эти мультфильмы являются бесами, которые несут детям непослушание, горечь и ненависть. В детей вселяются и другие бесы, чтобы они творили не добро, а только зло. Всё, что дети видят по телевизору, они хотят делать в жизни. Ад существует, ад настоящий, и даже дети должны решать, где им провести вечность». «Господь, скажи, почему в этом месте есть дети?» Иисус ответил: «С тех пор, как они узнают, что есть небеса и ад, у них появляется выбор».

Царство Небесное

Про ад я рассказала достаточно, и сейчас поделюсь тем, что я увидела на небесах. Иисус сказал: «Дочь, сейчас Я покажу тебе, что приготовлено для Моего Народа».Мы покинули ад через туннель, и вдруг я увидела свет. Не было больше ни тьмы, ни страданий, ни пламени. Он сказал: «Дочь, Я покажу тебе Мою славу». И затем мы стали восходить в Царство Небесное. Вскоре мы оказались возле двери, на которой были огромные золотые буквы. Надпись гласила: «Добро пожаловать в Царство Небесное» . Иисус сказал: «Заходи, дочь, ибо Я есмь дверь: кто войдет Мною, тот спасется, и войдет, и выйдет, и пажить найдет» (Ин. 10:9).

После этих слов дверь отворилась, и мы вошли. Я увидела ангелов, воздающих честь, хвалу и славу нашему Небесному Отцу! (Откр. 7:11, 12) Продолжая идти, мы приблизились к столу. Я увидела его начало, но не конец (Откр. 19:9) Моему взору предстал огромный трон. Рядом с ним стоял трон поменьше. Их окружали тысячи стульев. Рядом со стульями находились одеяния вместе с венцами. Господь сказал мне: «Дочь, венцы, что ты видишь, есть венцы жизни» (Откр. 2:10).

Иисус сказал: «Смотри, Дочь, вот что Я приготовил для Моего Народа». Я увидела, что стол был покрыт белой скатертью с золотой каймой. Там были тарелки, золотые кубки, фрукты – всё было уже готово. В середине стола стоял огромный сосуд, в котором было вино для обеда. И Иисус сказал: «Дочь, всё готово для Моей Церкви».

Мы отправились в другое место, в сад, где я увидела множество людей. Среди них были известные люди, о которых рассказывала Библия. Но все они были молоды. Там был молодой человек с большим платком в руке, танцевавший и прославлявший Бога. Иисус сказал: «Дочь, молодой человек, которого ты видишь – Мой слуга, Давид». Он воздавал славу нашему Отцу. Рядом с нами прошёл ещё один молодой человек, и Иисус сказал: «Дочь, это – Иисус Навин; там стоит Моисей; а тот человек – Авраам». Они все излучали радость. «Дочь, та женщина – Моя раба, Мария Магдалина, а ту женщину зовут Сарой».

Затем Он сказал мне: «Дочь, а это – Мария. Мария, которая родила Иисуса Христа, Который есть Я. Дочь, Я хочу тебе сказать, что она ничего не знает о делах и событиях, происходящих на Земле. Иди и скажи человечеству, скажи тем, кто поклоняется идолам, что ад существует, и что идолопоклонники не имеют наследства в Моём Царстве. Иди и скажи им, что если они раскаются, то смогут войти в обитель Моего Отца. Скажи им, что Я люблю их, и что Мария ничего не знает о происходящем на Земле. И только ко Мне должны люди обращаться. Потому что ни Мария, ни Григорий, ни любой другой святой не могут дать спасение. Я – Единственный, и никто, никто, никто другой не может спасти». Он повторил три раза, что никто не может спасти, кроме Него.

Человечество обманулось, поверив в так называемых святых, которые на самом деле являются бесами, действующими через идолы, сделанные руками человека. Но позвольте сказать мне, что Господь желает вам самого лучшего. Он хочет, чтобы вы вошли в Царство Небесное, чтобы вы раскаялись и перестали поклоняться идолам. Идолопоклонничество вас не спасёт. Единственный, Кто может вас спасти – Иисус Христос из Назарета. Он отдал жизнь за вас, за меня и за всё человечество. У Него есть для людей великое послание. И, плача, Он говорил мне:«Пожалуйста, Дочь, не молчи. Иди и говори истину, иди и расскажи о том, что ты видела здесь».

Я видела, как Мария прославляет Господа, видела женщин с прекрасными длинными волосами. Я сказала: «Господь, как прекрасны их волосы». Он сказал мне: «Дочь, волосы, которые ты видишь – вуаль, которую Я дал женщинам. Скажи женщинам заботиться о ней».

Затем Он сказал мне: «То, что Я покажу тебе сейчас, очень важно». Я посмотрела, куда Он показывал, и увидела сияющий город, город из золота! «Господь, что это? Я хочу пойти туда». Он ответил: «Я покажу тебе, что там находится. Ты видишь небесную обитель, которая уже готова для Моего Народа». Мы пошли дальше, до золотого моста. Улицы, по которым мы шли, были сделаны из чистого золота! (Откр. 21:21) Всё вокруг было таким прекрасным, таким блестящим, как сверкающий алмаз! Это было так необычно! Мы видели дома и то, как тысячи ангелов строят их. Некоторые из них строили очень быстро. Другие – медленно, а остальные вообще ничего не строили. Я спросила у Господа: «Почему некоторые ангелы строят быстро, другие – медленно, а остальные вообще ничего не строят?» Господь объяснил: «Дочь, как Мой Народ трудится на Земле, так и ангелы трудятся на Небесах. Мой Народ больше не проповедует Евангелие. Мой Народ больше не постится. Мой Народ больше не ходит по улицам и не наставляет грешников на путь истинный. Те ангелы, которые ничего не делают, принадлежат людям, которые оставили Мой путь. Дочь, иди и скажи Моему Народу вернуться ко Мне». (Иер. 6:16) И сказав это, Он заплакал.

Услышав, как поют другие люди, я попросила: «Господь, возьми меня туда, откуда доносится это пение». Иисус смотрел на меня. Я могла сказать, что Он смотрел на меня, но не могла видеть Его лицо – только движения Его лица. К Его одежде стекали слёзы. Я спросила, почему Он плачет. Но Он не стал мне объяснять.

Позже мы пришли в прекрасный сад. В нём пели и качались цветы. Должно быть, это было то самое пение. Господь, указав на эти цветы, произнёс: «Смотри, Дочь, они восхваляют Меня и поклоняются Мне! Но Мой Народ больше так не делает. Мой Народ больше не поклоняется Мне, больше не ищет Меня, как искал прежде. Вот почему Я говорю тебе, Дочь, пойти и сказать Моему народу искать Меня, ибо Я приду, приду, приду за теми людьми, кто ищет Меня в Духе и истине, приду за теми, кто уже готов, за теми, кто живёт в святости». И плача, Он говорил: «Я иду ТОЛЬКО за этими людьми». Тогда я поняла, почему Он плакал: потому что Он возвращается, но не за теми, кто двоедушен. Он вернётся только за людьми, которые ищут Его в Духе и истине.

Затем Господь повелел мне вернуться на Землю. Но я возразила: «Господь, я не хочу туда возвращаться. Я хочу остаться с Тобой. Ты привёл меня сюда, и я не собираюсь уходить, потому что я с Тобой». Иисус сказал: «Дочь, Мне нужно, чтобы ты вернулась на Землю и свидетельствовала о Моей славе. То, что Я покажу тебе – настоящее, и то, что ты видела – настоящее, Свидетельствуй, чтобы человечество пришло ко Мне, раскаялось и не погибло». Плача, я пала к Его ногам. На них я увидела раны. «Господь, что это за раны?» Он ответил: «Дочь, эти раны Я получил, когда отдал Свою жизнь за человечества».

Также Бог показал мне шрамы на руках, и я спросила: «Господь, почему они до сих пор не исчезли?» Он ответил мне: «Дочь, эти шрамы пока останутся». Поэтому я спросила: «А когда они уйдут?» Он ответил: «Когда все святые соберутся на небесах… Я должен вернуть тебя на Землю. Твоя семья и народы ждут тебя».

Я пыталась возражать, но Он показал на Землю, сказав: «Люди, которых ты видишь внизу – твои родственники. Тебе нужно вернуться в своё тело… Пришло время тебе покинуть это место». Затем Он перенёс меня к прекрасной, кристально чистой реке и сказал: «Дочь, зайди в эту реку и погрузись в неё». После того, как я вышла из реки, меня охватила неописуемая радость. Я всё ещё думала, что мне не придётся возвращаться домой, но Господь сказал мне: «Ты должна вернуться на Землю…. Я покажу тебе нечто: как Я вер-нусь на Землю за Моим Народом. Я покажу тебе, каким будет день Восхищения».

Восхищение Его народа и паника

Мы пришли к месту с огромным экраном, на котором я увидела людей. Я могла видеть весь мир. Затем вдруг я увидела, как тысячи людей исчезли. Беременные женщины почувствовали, что ребёнок в их чреве исчез, и они безумно кричали.

Дети исчезали отовсюду. Многие люди мета-лись в испуге, вопя: «Этого не может быть, этого не может быть! Что происходит?»

Я видела тех, кто знал Господа – тех, кто остался. Они говорили, что пришёл Христос, и произошло Восхищение. Люди кричали и хотели убить себя, но не могли. Господь сказал мне: «В те дни смерть убежит от них, в те дни Святой Дух покинет землю». (Откр. 9:6) Случилось немало аварий, но я не увидела ни одного умершего. Все пострадавшие были живы.

Я видела тысячи машин на дорогах. Он сказал мне: «Смотри, как всё будет». Затем я увидела, как люди перебегают с места на место, крича: «Христос пришёл, Христос пришёл!» Они молили: «Господь, прости меня, прости меня, забери меня с Собой!»

Но Господь печально произнёс: «Скоро будет слишком поздно, время раскаяться – сейчас. Дочь, иди и скажи человечеству искать Меня, ибо в то время больше не будет такой возможности. Будет слишком поздно для тех, кто остался». (Ис. 55:6) Пока Иисус наблюдал за всеми оставшимися людьми, Он заплакал и сказал: «Дочь, Я приду на Землю, как говорится в 1 Фес. 4:16-17: Потому что Сам Господь при возвещении, при гласе Архангела и трубе Божией, сойдет с неба, и мертвые во Христе воскреснут прежде; по-ом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе, и так всегда с Господом будем».

Но не всякий будет вознесён Господом, а только те, кто послушен Его воле и живёт в святости (Матф. 7:21) Господь сказал мне: «Ибо только святые войдут в Царство Небесное. (Евр. 12:14) Никто не знает ни дня, ни часа, в который Я приду за Своим Народом, и не знают об этом даже ангелы» (Матф. 24:36).

По всем новостям говорили, что «ИИСУС ПРИШЁЛ». Экран, на котором мне показывали будущее, исчез, и Иисус продолжил, говоря: «Я приду за праведниками». Это всё, что Бог показал мне. После этого Он вернул меня обратно на Землю.

Вокруг собрались ангелы, и мы начали спускаться по прекрасной лестнице. На белых ступенях были цветы. Я плакала всю дорогу и молила Иисуса: «Господь, пожалуйста, не оставляй меня здесь, возьми меня с Собой». Он ответил: «Дочь, народы, твоя семья ждут тебя. Ты должна вернуться в своё тело. К тебе вернётся жизнь, и ты пойдёшь и засвидетельствуешь увиденное тобою. Многие не поверят тебе, многие поверят, но помни, что Я – твой верный Свидетель, Я с тобой и никогда не оставлю тебя».

Возвращение на Землю

Максима:

Когда моя дочь вернулась, мы все стояли вокруг её тела. Она застонала, возвращаясь к жизни. Я воскликнула: «Спасибо, Господи, что моя дочь вернулась!».

Мы все воздали хвалу Богу. Вскоре Анжелика начала медленно дышать. По прошествии пяти часов она смогла открыть глаза и говорить. Сперва мы с трудом могли понять её речь – настолько нечёткими были слова. У неё не было сил. Нам пришлось закрыть окна, потому что Анжелику раздражал солнечный свет.

Мы все хотели, чтобы она рассказала нам об увиденном. Но слабость не позволила ей рассказать нам много. Прошло две недели, прежде чем она смогла полностью рассказать своё свидетельство.

После этого к ней пришли бесы. Она чётко их видела, хотя они и пытались спрятаться в тенях. Они находились поблизости в течение трёх дней, прежде чем она начала говорить лучше. Она спросила, чего они хотели, и те ответили: «Мы пришли заключить с тобой сделку: ты должна молчать и не говорить ничего о том, что ты видела внизу. Если ты заговоришь, мы убьём тебя». Анжелика описала бесов как уродливых, толстых и больших существ. Она сказала, что у неё не было слов, чтобы описать, насколько ужасными они были. Анжелика пыталась выгнать их, но они не уходили. Бесы прыгали на неё и пытались задушить. Моя дочь пыталась с ними бороться, только сил у неё не было. Но однажды, когда она изгоняла их, внезапно появился свет, и они бежали. Это был Бог.

Было нелегко слышать то, что пережила моя дочь. Она должна передать важное послание человечеству – «Ищите Бога». Но человечество думает, что оно всё делает правильно. Молодёжь, которая употребляет наркотики и спиртное не в меру, думает, что всё в порядке, но это не так. Одним из важнейших переживаний моей дочери было то, что она видела в аду множество ведущих телевидения, танцоров и также папу Иоанна Павла II. Время искать Господа, покаяться и смириться пред Ним. Как верно сказано в Писании: «Небо и земля прейдут, но слова Мои не прейдут». (Мар. 13:31) Слово Божие исполнится в своё время. Господь также показал Анжелике туннель, по которому люди шагают в ад. Много людей уже там. Это реальность! Но даже некоторые Божии дети в это не верят.

Цель этого послания в том, чтобы мы начали искать Господа, и не только нашими устами, но и всем своим сердцем, ибо пришествие Господне приближается. Иисус сказал: «Я больше не у двери, Я уже вошёл. Я скоро иду; Моё пришествие близко. Мой Народ оставил Меня и вернулся на пути мирские… Скажи Моему Народу вернуться на пути праведные. Нынешняя Церковь должна вернуться ко Мне, должна горячо искать Господа». При звуках трубы мы должны быть готовы ко встрече со Христом, и это будет чудесно!

Важное сообщение от Господа

Анжелика даёт интервью:

Господь говорил мне: «Дочь, в эти дни Духа Святого больше не будет на Земле. В эти дни там не будет и Меня».

(2Фес. 2:7) Я видела множество аварий на дорогах. Многие хотели убить себя, но Иисус сказал: «Они будут искать смерти, но смерть убежит от них. В это время смерти не будет». (Откр. 9:6) По телевизору и в газетах была только одна новость: «Тысячи и тысячи людей исчезли». Многие понимали, что это Христос пришёл за Своим Народом. Те, кто знал Господа, но остался на Земле, плача, ходили по улицам, желая умереть, но они ничего не могли поделать.

На Небесах Иисус говорил мне: «Я приду за Святым Народом, Я скоро приду за Церковью Моей». Но две недели спустя Господь сказал мне: «Дочь, Мне нравится то, что ты делаешь, что исполняешь Моё поручение, но не говори Моему Народу, что Я приду скоро, а говори, что Я уже иду». И снова Господь говорил мне: «Скажи Моему Народу, что Я уже иду, иду за Святым Народом. Скажи, что только святой может увидеть Меня!… И не молчи: продолжай провозглашать то, о чём тебе Я говорил».

Совместная молитва с Анжеликой:

Пусть каждый закроет глаза и положит правую руку на сердце. Поднимите левую руку, и если вы хотите плакать, плачьте. Теперь скажите Господу то, что вы чувствуете в своём сердце. Те, кто хочет принять Господа, повторяйте за мной:

Господь, я благодарю Тебя за Твою любовь, за Твою милость и за слово, которое достигло сегодня моего сердца. Отец, я прошу у Тебя прощения, прости меня! Омой меня Своей драгоценной кровью. Впиши моё имя в Книгу Жизни. Прими меня, как Своё дитя, Господь. В эту минуту я про-щаю каждого, кого я не мог(ла) простить. Я отказываюсь думать, что я не могу прощать. Я отказываюсь от всего, что препятствует движению Духа Твоего в моей жизни, и я прошу Тебя изменить меня и наполнить каждый мой день Своим присутствием. Благодарю Тебя, Отец, Сын и Дух Святой; во имя Иисуса Христа, Аминь.

Анжелика:

Это свидетельство не ложь, не шутка, не вымысел и не сон. Ад реален! Он существует! Всем, кто не верит, я хочу сказать, что ад настоящий, он очень даже настоящий, настолько, что у меня даже не хватает слов, чтобы его описать. Я хотела, чтобы вы сами пережили то же.

Анжелика разговаривает с журналистами:

Грядёт последний час, и Господь даёт человечеству знамения о том, что должно случиться. Не ждите, пока вас осудят: этого хочет диавол. Спросите себя, может быть, вы уже идёте по туннелю, который ведёт в ад. Сегодня день спасения, сегодня день, чтобы пригласить Иисуса, вашего Спасителя в свою жизнь. Нужно всего лишь произнести простые, но в то же время важные слова: «Я принимаю Тебя, Иисус как своего Господа и моего личного Спасителя. Я отдаю всего себя в Твои руки. Я хочу быть с Тобой вечно».

Выберите вашу окончательную цель: жизнь или смерть, небеса или ад, Иисус или диавол. Выбрать просто, дьяволу ли вам принадлежать или Иисусу. Жить ли вам в святости или во грехе? Ваша судьба в ваших руках: вечная жизнь или озеро огненное. Подумайте об этом. Сделайте свой выбор сейчас. Иисус Христос умер на кресте за каждого из нас, за наши грехи и дал нам возможность спастись по великой милости Своей. Примите Христа как своего личного Спасителя!

Сегодня вы услышали моё свидетельство и, пожалуйста, не позволяйте этому дню стать одним из тех, о котором вы бы вечно сожалели в аду.

Ссылки на стихи из Писания

Откр. 19:9 Блаженны званые на брачную вечерю Агнца. Сии суть истинные слова Божии.

Откр. 20:15 И кто не был записан в книге жизни, тот был брошен в озеро огненное.

Откр. 21:4 И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло.

Откр. 22:1 И показал мне чистую реку воды жизни, светлую, как кристалл, исходящую от престола Бога и Агнца.

Откр. 21:8 Боязливых же и неверных, и скверных и убийц, и прелюбодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов участь в озере, горящем огнем и серою. Это смерть вторая.

«Ни один идолопоклонник не имеет наследства в Царстве Небесном»

Откр. 20:3-5 Да не будет у тебя других богов пред лицем Моим. Не делай себе кумира и никакого изображения того, что на небе вверху, и что на земле внизу, и что в воде ниже земли; не поклоняйся им и не служи им, ибо Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвертого [рода], ненавидящих Меня.

Откр. 21:21 А двенадцать ворот – двенадцать жемчужин: каждые ворота были из одной жемчужины. Улица города – чистое золото, как прозрачное стекло.

Откр. 21:27 И не войдет в него ничто нечистое и никто преданный мерзости и лжи, а толь-ко те, которые написаны у Агнца в книге жизни.

Откр. 22:7 Се, гряду скоро: блажен соблюдающий слова пророчества книги сей.

Откр. 22:11 Неправедный пусть еще делает неправду; нечистый пусть еще сквернится; праведный да творит правду еще, и святый да освящается еще.

Откр. 22:12 Се, гряду скоро, и возмездие Мое со Мною, чтобы воздать каждому по делам его.

Откр. 22:13-15 Я есмь Альфа и Омега, начало и конец, Первый и Последний. Блаженны те, которые соблюдают заповеди Его, чтобы иметь им право на древо жизни и войти в город воротами. А вне – псы и чародеи, и прелюбодеи, и убийцы, и идолослужители, и всякий любящий и делающий неправду.

Были времена, когда Соединенные Штаты рассматривались во всем мире, как безусловный лидер в деле защиты прав человека, в том числе и свободы совести. Однако, похоже, что эти времена уходят в прошлое. И если раньше, когда существовал Советский Союз, верующие с надеждой смотрели на запад, как оплот демократии, то сегодня христианам, терпящим притеснения за свою веру, как, например, в Иране, надо с большой осторожностью относиться к этому союзнику. Тут на память приходят следующие слова из Священного Писания:

Вот, ты думаешь опереться на Египет, на эту трость надломленную, которая, если кто опрется на нее, войдет тому в руку и проколет ее!.. (Ис.36:6).

Такие мысли приходят, когда узнаешь о приоритетах внешней политики США на этот год. Итак, за что же будет бороться Америка в этом году…

6 декабря 2011 г. президент Барак Обама, как сообщает Голос Америки, выпустил директиву, объявляющую борьбу за права сексуальных меньшинств за рубежом приоритетом американской внешней политики.

В своем меморандуме Обама требует от правительственных ведомств сделать все от них зависящее, чтобы дипломатическая работа США и помощь, оказываемая зарубежным странам, способствовала защите прав лесбиянок, геев, бисексуалов и трансгендеров (ЛГБТ).

Президент выразил «глубокую озабоченность» насилием и дискриминацией представителей ЛГБТ-сообщества. Он отметил, что в ряде стран люди подвергаются уголовному преследованию за свою сексуальную ориентацию, представителей сексуальных меньшинств избивают за участие в мирных праздничных мероприятиях, а в некоторых случаях дело доходит до их убийств.

Обама подчеркнул, что защита прав представителей сексуальных меньшинств соответствует общей линии на защиту прав человека во всем мире, которую проводит Америка.

Обама уже затрагивал эту тему в своем выступлении на заседании Генеральной Ассамблеи ООН в сентябре:

«Никакая страна не должна отказывать людям в праве на свободу слова и свободу религии. Также ни одна страна не должна лишать людей их прав из-за того, кого они любят. Поэтому мы выступаем за соблюдение прав геев и лесбиянок во всем мире».

В ежегодных оценках ситуации с соблюдением прав человека в зарубежных странах, которые публикует Госдепартамент, уже учитывается отношение к представителям ЛГБТ-сообщества. Президентская директива поднимает этот вопрос до уровня приоритета внешней политики.

В своем выступлении во вторник в Женеве, где располагается Совет ООН по правам человека, государственный секретарь США Хиллари Клинтон говорила о важности защиты прав геев и лесбиянок. Она обрушилась с критикой на страны, в которых гомосексуальность криминализирована, а на нарушения прав представителей сексуальных меньшинств не обращают внимания.

«Никакие традиции или обычаи не могут быть выше прав человека, которые присущи всем нам, – заявила она. – Это относится и к насилию в отношении представителей ЛГБТ-сообщества, криминализации их статуса или поведения, изгнанию их из семей и местных сообществ, молчаливому или открытому принятию убийств представителей сексуальных меньшинств».

Обама потребовал от Госдепартамента и других ведомств вести борьбу с криминализацией ЛГБТ-статуса за рубежом, оказывать защиту беженцам и искателям политического убежища из числа представителей ЛГБТ-сообщества, а также «быстро и ясно» реагировать на «серьезные инциденты», ставящие под угрозу права сексуальных меньшинств за рубежом.

Национальная рабочая группа по правам геев и лесбиянок назвала решение администрации «первой стратегией правительства США, направленной на борьбу с нарушением прав представителей ЛГБТ-сообщества за рубежом».

«На мой взгляд, это потрясающая кульминация прогрессивной политики Белого дома, – говорит заместитель исполнительного директора рабочей группы Дарлен Ниппер. – Они четко обозначили свою позицию и готовы взять на себя лидерскую роль в решении этих вопросов во всем мире».

Питер Спригг из Совета по исследованию семьи не согласен с решением Обамы. По его словам, продвигая за рубежом «радикальную идеологию сексуальной революции», он рискует политическим влиянием и репутацией Соединенных Штатов:

«Президент Обама действует так, будто бы право на гомосексуальное поведение во всем мире признано одним из прав человека, но это просто не так. Ни в одном договоре, ни в одном международном документе, имеющем широкое признание, гомосексуальное поведение не объявляется правом человека. Так что его решение основано на фикции».

Губернатор Техаса и один из потенциальных кандидатов в президенты от Республиканской партии Рик Перри, заявил, что президентский меморандум является частью «войны против традиционных американских ценностей», которую ведет администрация Обамы. По мнению Перри, Обама «посчитал, что терпимость американцев к различным стилям жизни равнозначна их одобрению таких стилей жизни».

Директива Обамы по защите прав сексуальных меньшинств во всем мире, вероятно, укрепит его популярность среди представителей ЛГБТ-сообщества, считает Голос Америки.

Тем не менее, находятся трезвомыслящие ученые, которые недвуссмысленно высказываются на этот счет.

Как сообщает Inopressa со ссылкой на La Repubblica, по словам психиатра Франческо Бруно, геев, как и других больных, следует лечить.

Франческо Бруно, криминолог, психиатр, профессор, преподаватель в университетах в Салерно и La Sapienza в Риме, которого часто приглашают на телевидение для комментирования некоторых эпизодов из криминальной хроники, встал на защиту члена городского совета Лечче Джузеппе Пипа, оскорбившего губернатора Пулии Ники Вендолу, не скрывающего своей сексуальной ориентации.

Отвечая на вопросы редактора сайта Pontifex, профессор Бруно заявил, что «Всемирная организация здравоохранения приняла решение не говорить о гомосексуальности как о болезни … но я не отступаю от своего мнения и не боюсь обвинений со стороны геев. Гомосексуальность – это отклонение от нормы». Гомосексуалистом становятся по самым разным причинам, в том числе и по труднообъяснимым причинам природного характера. «С концептуальной точки зрения, гомосексуал оказывается в том же положении, что и инвалид, глухой или слепой… Геи иным образом ориентированы с точки зрения сексуальности, и эти отличия указывают на отклонения от нормы», – уверен психиатр.

Профессор также рассказал, что оказывал помощь многим родителям юношей и девушек с измененной сексуальной ориентацией: «Те, кто говорят, что отец или мать довольны или принимают поведение детей, прекрасно осознают, что это ложь. Для обоих родителей осознание того, что у детей такая ориентация, большая травма».

Франческо Бруно выступает против чрезмерной толерантности в отношении геев: «Чрезмерная толерантность в отношении отклонений от нормы, а гомосексуальность следует воспринимать именно так, приводит к тому, что… люди перестают понимать, что хорошо, а что плохо».

Почему то, что происходит сейчас в Соединенных Штатах обращает на себя внимание. Да потому, что полбеды, когда люди грешат, но хотя бы чувствуют за это вину. Но когда грех принимается за норму и, тем более, возводится в ранг государственной политики – начинаются суды Божьи. Осталось ждать последней капли гнева Божьего – гонений на верных Богу христиан, осуждающих содомию.

Тайный вывоз в другую страну

Следующим шагом было мое посвящение, и для этого я должна была пойти в монастырь. У них был мой паспорт, в котором все было подписано, и билеты на корабль в чужую страну. В лодке нас ждали два священника, и мы были вывезены, в значительной степени завуалированные, в горы, чтобы быть помещенными в монастырь закрытого типа, в подземелье (конечно, когда священник сидел в гостиной нашего дома, он никогда не рассказывал моему папе, что я буду жить в течение многих лет на один или два этажа под землей в чужой земле).

Первая епитимья

В новом монастыре, спустя три или четыре дня, я столкнулась с епитимьями посвящения. Около 9:00 часа утра игуменья сказала мне пойти с ней. Она сказала мне, что сейчас мне предстоит совершить епитимью, и я начну свое посвящение, как кармелитская монахиня. Я помню, как она вела меня вниз по темному туннелю и привела в комнату на этаж ниже уровня земли. Я всегда жила на первом этаже, но после принятия черного покрывала я должна была жить на один или два этажа под землей. Когда мы вошли в холодную темную комнату, было трудно видеть, поскольку единственным источником света были семь мерцающих свечей. Я испугалась и встревожилась, не зная, чего ожидать, и что она запланировала сделать со мной.

Когда мы подошли ближе, я смогла разглядеть монахиню, лежащую на доске 1,80 метров в длину. В шоке, я поняла, что она была мертва. Хотя я не боялась мертвых монахинь, мое сердце болело за нее. Когда я подписала вечные обеты, я неосознанно подписала отказ от всех человеческих прав. Мне не разрешали видеть, слышать, жаловаться, чувствовать или шептать. У меня были уши, но я должна была быть глухой; глаза, но я не должна была видеть; чувства, но скоро промоют мозги так, что они будут уничтожены. Когда я стояла, глядя на тело, в моей голове проносилось много мыслей и вопросов, но я должна была молчать. Как и почему она умерла?

Игуменья приказала мне встать на бдение над мертвым телом в течение одного часа, потом она ушла. В мои обязанности входило часто подходить к хрупкому телу, посыпать ее пеплом и святой водой и неоднократно говорить: «Да будет Вам мир». Через час где-то прозвенел звонок, и из таинственной темноты позади меня пришла другая монахиня, чтобы сменить меня. Поскольку она ступала босиком по земляному полу, не было никакого звука. Нам запретили говорить, поэтому моя сменщица протянула руку и прикоснулась к моему плечу. От испуга я вскочила и истерически закричала высоким голосом.

Эта потеря контроля означала, что я должна быть наказана, будучи брошена в темную и грязную темницу. Там я пролежала три дня и ночи, без пищи и воды, просто потому, что я вскрикнула от страха – страшное преступление. Уверяю вас, больше я никогда не кричала. В монастыре быстро учатся соблюдать правила.

Бичевание кнутом

На четвертый день игуменья снова сказала мне, что предстоит епитимья, и мы стали спускаться глубоко вниз под монастырем в другую темную комнату. Мы шли через туннели (общая их длина под монастырем составляет 56 километров), и в комнатах, которые мы прошли, не было света, кроме света свечей. Она провела меня в большую камеру для епитимий, идя рядом со мной рука в руку и нога к ноге, с опущенными глазами.

При мерцающих свечах я увидела в комнате обычные статуи Иисуса и Марии. Там был также большой крест длиной два с половиной метра, сделанный из тяжелой, необработанной древесины, лежащий на боку. Около его подножия она взяла меня и начала снимать с меня одежду, раздев до пояса. Потом она согнула мое тело над крестом, дернула меня за руки вниз под ним и надежно прикрепила их к моим коленям, под крестом.

Здесь я должна была начать проливать свою кровь, как это сделал Иисус на Голгофе. Ранее мне сказали, что я буду проливать свою кровь ради потерянного человечества, но они никогда не давали мне ни малейшего представления о том, каким образом это будет сделано.

Теперь я узнала один из многих способов, как это происходит. Двум другим монахиням дали кнуты бичевания, сделанные от шести кожаных ремней, прикрепленных к деревянной ручке. На концах ремней было много острых, зубчатых кусочков металла. Они начали методично бить меня этими жестокими орудиями до тех пор, пока моя голая плоть не разодралась полностью от сотен порезов, и моя кровь не разлилась по всему полу.

Я извивалась и корчилась, как могла, но не было спасения от беспощадных, огненных укусов безжалостных кнутов. Позвольте мне сказать, что они выполнили надо мной свою работу полностью, и я была в огне ужасной боли и агонии. Рыдание и крик не останавливали их, они не были тронуты жалкими мольбами о пощаде. Они были хорошо обучены и совершенно бездушны, и я была поглощена морем боли и ужасного отчаяния. Это было невероятно, но это происходило. Я думала, что избиение никогда не остановится. Я была беспомощна и полностью без защиты.

Игуменья освободила мои руки с моих колен после того, как я перешла в стенания, страдая неимоверно, и она была удовлетворена, что я пролила достаточно крови за это время. Она приложила к моим ногам лекарство, но не купала меня и не лечила множество кровоточащих ран на моем теле. Она просто швырнула мне мою одежду, и я была вынуждена работать весь день до 21:15 того вечера. Излишне говорить, что день был одним из мук, но никто, казалось, не замечал. С отвратительным ужасом я поняла смысл учений, которые получила, что Бог осчастливен этой епитимью и другими страданиями. Это должно было сделать нас святыми.

Тот день был для меня сущим адом, но это было только начало сотен подобных дней. Когда настала ночь, я стояла в камере перед своей кроватью, где мы должны были раздеваться спиной друг к другу. Я не могла снять одежду. Окровавленные одежды высохли и плотно застряли в зияющих ранах. Прошло несколько ночей, прежде чем я смогла снять их, и это была мучительная и кровавая процедура. Во время приема пищи я не была голодна из-за ужасного страдания, которое переносила.

Епитимья перед сном

Обычно я переодевалась в ночную рубашку из марлевки, а затем вход в келью должен быть заперт на ночь. Для кровати у нас была только плита или дерево – ни матраса, ни пружины, ни подушки или одеяла. Перед тем, как нам разрешали лечь, мы должны были встать на колени на доске для молитвы-епитимьи. На ней были сотни вертикальных, острых проводов, чтобы прокалывать колени. Верхняя часть, на которой мы должны были распростереть руки, также содержала множество острых проводов.

Подвешивание на пальцах

В другой день игуменья взяла меня через длинный, темный туннельный зал для моей следующей епитимьи посвящения. Когда мы вошли в камеру, снова было семь свечей. Когда она провела меня под свечами, я увидела несколько болтавшихся под потолком канатов с какими-то металлическими зажимами на концах. Она заставила меня встать очень близко лицом к стене и распростерев руки в воздухе. Она быстро и надежно защелкнула металлические полоски вокруг каждого из большого пальцев. Затем она отошла в сторону и начала поворачивать заводную рукоятку, которая поднимала веревки вверх вплоть до того, что я медленно поднялась от пола. Когда меня подняли настолько, что я стала стоять на кончиках босых ног, она закрепила ручку, вышла без единого слова и захлопнула и заперла дверь. Вес моего тела на больших пальцах рук и ног был мучительный.

Я уже сразу стала хныкать и стонать от страдания. Я понятия не имела, сколько там пробуду. Всегда в подобного рода вещах, вися, вы задаетесь вопросом, не умрете ли вы прежде, чем за вами вернутся, чтобы освободить вас. В белом калении волн невыносимой боли, которые разрушают тело и ум, смерть была бы счастливым выходом.

Когда часы бесконечно растягиваются в дни и ночи, нет никакой возможности рассчитать, как долго вы там находились. Не существует ни солнца, ни звуков, кроме ваших собственных лихорадочных рыданий и криков. Это было как быть похороненным заживо без еды и воды. Мучение и бред заставляют вас потерять след реальности, и ничто не кажется реальным, за исключением всегда присутствующих пыток и боли.

Это была еще одна часть их техники промывания мозгов. Я ничего не могла сделать, кроме как стоять, кричать и плакать. Никто не услышит и не поможет мне и даже не позаботится. Проползли три, четыре, шесть и, наконец, десять мучительных часов, и каждая кость, мускул и нерв в моем измученном теле кричали о помощи. Сумасшедшая, бесконечная боль была неописуема, и я также проголодалась и жаждала. Когда мои кисти и руки начали сильно раздуваться, я подумала, что умираю.

Я отчаянно молилась всем статуям в комнате. В конце концов я поняла, что Дева Мария не слышит моих слов рыданий. Истерически я кричала и умоляла о помощи своего покровителя, Святого Иуду, Святого Варфоломея и всех других идолов и святых, которых только вспомнила. Меня окружала неземная тишина, нарушаемая только моими лихорадочными криками и стонами, и шипением свеч.

Я висела, охваченная болью и пропитанная собственными человеческими нечистотами, поскольку в системе пыток не было перерыва для туалета. Когда я почувствовала, что вот-вот полностью сойду с ума, вошла игуменья. Передо мной прямо на стене была приспосабливаемая полка, которую она подняла до уровня моего лица. На нее она поставила кастрюлю с водой и кастрюлю с одной маленькой картошкой.

Я жаждала воды и еды, но как мне их получить? С огромной болью, я рванулась туда на моих больших пальцах ног, наклоняя то одну руку, то другую, стараясь достать кастрюли. Когда мне удалось добраться до них, я почувствовала, как со страшной болью разорвались ткани легких. Фактически, много монахинь заболели туберкулезом после прохождения этой пытки. Однако, только через такую боль и напряжение я могла достать воду или еду. Я толкнула и пролила большую часть из того, что там было.

Девять дней спустя пришла игуменья и освободила первый большой палец, а затем другой, и я рухнула в обморок. Мои конечности были опухшие и кричали от боли. В глазах было ощущение, как будто они вылезли из орбит, а руки распухли, увеличившись в три раза. Ни одна часть моего тела не была свободна от пульсирующей боли и раздражения.

Конечно, я не могла двигаться. Две монахини подняли меня за плечи и ноги и взяли меня, бессвязно стонущую, в больницу и положили на плите из дерева. Они отрезали от меня всю одежду, так как я была пропитана мочой и испражнениями. Это была еще одна часть тщательно спланированной жестокой и негуманной программы, предназначенной для создания бессмысленных роботов. Вследствие этого эпизода я не могла даже ходить в течение двух с половиной месяцев и была бы счастлива умереть.

Капание воды

Однажды меня вызвали и снова повели вниз по тем страшным туннелям; я не знала, с какими страданиями и болью мне придется столкнуться. Она привела меня в комнату с прямым стулом с высокой спинкой. Толкнув меня на стул, она сняла головной убор и засунула мою голову в мои колени, и мои руки положила на колени. Она быстро прикрепила голову и кисти рук к деревяшке, поэтому я не могла двигаться. Сделав это, она поместила кран прямо над моей голой головой и приспособила его так, чтобы он капал мне на голову, капля за каплей.

Я сжалась в ожидании, поскольку видела тех, кто был подвергнут этому в течение десяти долгих часов. После короткого промежутка времени удара капель по одному и тому же месту сломается даже сильный человек. Часто я и другие корчились и выворачивались от привязывания к деревяшке, отчаянно пытаясь спастись от стучащих капель воды, даже с пеной у рта. Крики и плач никогда не прекращаются в этих ужасных ямах, глубоко под землей, где никто никогда не слышал хотя бы грамма гуманности и сострадания. Мольбы о милосердии приносили только еще большие и худшие епитимьи.

Многие монахини стали совершенно безумными после того, как неоднократно подвергались этой епитимье. Не волнуйтесь, монастырь заботится и об этом. Внешний мир никогда не узнает правды. Для тех, у кого нервные или психические расстройства, есть подземные темницы. Там будут отчеты и записи о монахине, и как она умерла, все ложь.

Вы должны понимать, что вся эта религиозная структура основана на лжи и обмане, и неудивительно, что любой ценой, даже ценой человеческой жизни, должен быть сохранен лицемерный покров справедливости римско-католической системы.

Они пойдут на все, чтобы защитить его. Клевета, ложь, подлоги, изменения и уничтожения документов, травмы и даже убийство, – являются стандартной и приемлемой процедурой. Средний человек с совестью и моральным кодексом будет изо всех сил пытаться понять чудовищность и бесчеловечный демонический интеллект, который движет этим религиозным монстром.

© Перевела Светлана Никифорова

Продолжение следует…

Мы снова обращаемся к теме иранского пастора Йосефа Надаркани, который продолжительное время томится в тюрьме за свою веру в Господа. Поступающие из Ирана новости указывают на неслучайный характер преследования. Вести из этой азиатской страны как вдохновляют, так и беспокоят одновременно.

Дело в том, что в последнее время в Иране наблюдается резкий рост количества людей, обращающихся к Иисусу Христу. Это вызывает сильное беспокойство мусульманских лидеров страны. Особенную озабоченность у них вызывает стремительное увеличение количества домашних церквей и вовлеченность молодежи, что, как они полагают, угрожает безопасности государства. В целях противодействия распространению Евангелия иранские власти прибегают к различным репрессивным мерам. Подробнее о ситуации в Иране смотрите в приведенном ниже видеорепортаже.

]]> http://god-love.ru/1284/feed 0 http://god-love.ru/1268 http://god-love.ru/1268#comments Thu, 05 Jan 2012 17:13:52 +0000 Aliaksandr http://god-love.ru/?p=1268

 Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям и учениям бесовским, через лицемерие лжесловесников, сожженных в совести своей, запрещающих вступать в брак… (1Тим.4:1-3).

(Спустя 2 года после дачи этого свидетельства сестра Шарлотта исчезла)

Желание служить Богу

Я росла и воспитывалась в набожной католической семье, и, хотя в нашем доме находились многие религиозные предметы, у нас никогда не было Библии. Следовательно, я никогда не слышала о прекрасном Божьем плане спасения через веру в Господа Иисуса. Не было никого никогда, кто бы объяснил мне, что мне нужно было просто пригласить Его в свое сердце и попросить Его спасти меня от всех моих грехов, чтобы родиться свыше (Откровение 3:20). Вместо этого я знала только то, чему меня учили  катехизисы и в учреждениях, которые мы верно и преданно посещали.

У меня была глубокая любовь и преданность Богу, Которого я в действительности не знала лично, и я мечтала полностью отдать свою жизнь Ему. Согласно учению, которое я получила, это можно было сделать, уйдя в монастырь и став монахиней.  На меня давил этой идеей  приходской священник,  а также монахини, которые преподавали в приходской школе.

Как хорошо я помню тот день, когда две монахини из школы сопровождали меня домой. К ним присоединился приходской священник, чтобы переговорить с отцом и матерью. В нашей семье дети не перебивали взрослых, но спрашивали разрешения, чтобы сказать. Когда было дано разрешение, я только сказала отцу: «Папа, я хочу пойти в монастырь». И родители от этих слов заплакали от радости, потому что они были полностью уверены, что отдать ребенка в монастырь — это самое большое служение Богу.

Они были рады, что одна из их дочерей решила провести свою жизнь в монастыре, чтобы молиться за потерянное человечество. Все это было настолько волнующим и религиозным, и никто из нас понятия не имел, о чем идет речь, и что подразумевается под всем этом. К сожалению, моими родителями и мной ловко манипулировали тщательно обученные вербовщики, представители римско-католической системы, которым мы доверяли. Ни на минуту мы не заподозрили обман, ложь и ужас, который стоит за дверями монастыря. Мы верили тому, чему нас учили. Как овцы, мы пошли на убой, в полном неведении относительно судьбы, запланированной для нас.

В монастырь

Прошло двенадцать месяцев, и наступил 1910 год, когда я должна была уйти из дома. Моя мать и я занялись приготовлениями. Священник сказал, что у них не было места рядом с моим домом, поэтому мои родители должны были везти меня тысячи миль через всю страну, чтобы доставить меня в школу-интернат монастыря. Мне тогда было тринадцать лет и три месяца, незрелый ребенок, взятый от родителей в критический момент взросления.

До этого я никогда не разлучалась со своими родителями, даже на один день. Они были со мной три дня, и когда они уехали, я была сражена болью одиночества и тоской по родине. До этого я не осознавала так ясно, что я буду разлучена с моими родителями навсегда и никогда не увижу их снова. Я была печальна и несчастна.

Католические священники отбирают детей в исповедальне и начинают сажать семена, чтобы направить их в монастыри и духовенство. Даже когда мне было семь лет, когда я вошла в церковь, чтобы помолиться, я сразу подошла к статуе Девы Марии, полагая, что она поможет мне совершить правильное покаяние. Мое детское сердце было очень честным, и священник всегда сильно подчеркивал абсолютную необходимость хорошей исповеди. Мы не должны были ничего утаивать, если хотели получить отпущение грехов.

Я вступила в то, что классифицировалось, как сестра открытого ордена, до тех пор, пока я не приняла белое покрывало в возрасте шестнадцати с половиной лет. Все было красиво, и в моих мыслях не было страха или сомнений. Вещи, которым меня учили, были в соответствии с тем, что мне было сказано ранее перед вступлением в монастырь. Не было никаких оснований подозревать, что там находились обширные территории, которые были скрыты, и информация о которых была преднамеренно искажена.

Вскоре после прибытия в монастырь я возобновила обучение. Я только что окончила восьмой класс, и они обещали мне среднее образование плюс колледж. В действительности же, я получила немного выше уровня средней школы, за исключением некоторого обучения на медсестру. Образование я получила под принуждением и со страшными трудностями. После этого меня втолкнули в решающее обучение, требующееся от всех послушников в монастыре.

Белое покрывало

За шесть месяцев до того, как мне исполнилось четырнадцать лет, игуменья начала уговаривать меня взять белое покрывало. Она преподнесла все так, что это выглядело очень очаровательно, романтично и увлекательно. Я бы приняла белое покрывало и оделась в красивое белое свадебное платье. За этим бы последовала настоящая церемония бракосочетания, и я получила бы кольцо и стала супругой или невестой Христа. Не состояло труда повлиять на впечатлительного подростка, чтобы быстро добиться согласия.

Затем игуменья написала отцу, чтобы сказать ему, сколько денег он должен отправить, чтобы заплатить за мой свадебный наряд. Поскольку он был богат, ему предъявили значительную сумму. Позже я узнала, что так было принято — потребовать сумму, в 3-5 раз превышающую реальную стоимость платья. Монахини купили материал и сшили платье, так что реальная стоимость была небольшой, и остальная часть денег могла быть присвоена. Не упускалась никакая возможность, чтобы вытягивать средства из верующих.

Я всегда была набожна и часто проходила четырнадцать станций креста, но после решения принять белое покрывало моя горячность увеличилось. Беспокоясь о том, чтобы быть достаточно святой, чтобы быть достойной стать невестой Христа, я начала ползать станции креста каждую пятницу. Конечно, это приблизило бы меня к Богу и подготовило бы меня, чтобы сделать шаг, который я запланировала.

Мое сердце разрывалось идеалистической преданностью и любовью к ложным целям, которым меня учили, чтобы угодить и чтить Бога в моей жизни. Ежегодно сотни невинных девушек спускаются по этому следу в утробу женских монастырей, с лучащимися глазами и желанием отдать свои сердца, умы и души в бескорыстном служении, молясь за потерянное человечество.

Став невестой Христовой

После свадебной церемонии монахини рассматриваются, как замужние женщины. Нас учили, что наша семья будет спасена, если мы будем продолжать жить в монастыре, служа римской католической системе. Духовник часто манипулирует беспокойством ребенка, заботящегося о членах семьи, особенно о тех, кто заблудшие, чтобы убедить его/ее войти в религиозное призвание. Будучи ребенком, я смотрел на моего отца-духовника, как на Бога, и другие людям, с которыми я общалась, смотрели точно так же. Это дает его инсинуациям и предложениям огромную власть и влияние. Я думала о нем, как о святом и непогрешимом, совершенно неспособным ко лжи.

После того как я приняла белое покрывало, все продолжалось розово, религиозно и красиво. Все были добры ко мне, и я жила в монастыре открытого ордена и не видела ничего, что привело бы меня к мысли, что дальше все пойдет по-другому. Священник не домогается ни одной девушки, пока ей не исполнится двадцать один год, но я ничего не знала об этом, так как все тщательно скрывалось и покрывалось. Не было ни намека на то, что скрывается за черным покрывалом и за теми двойными запертыми дверями закрытого, уединенного женского монастыря.

Вплоть до того момента, как я приняла черное покрывало, мне разрешали получать одно письмо в месяц от моей семьи, и было разрешено писать к ним из монастыря. Когда я писала, я знала, что многое из этого будет подвергнуто цензуре и зачеркнуто игуменьей, которая читает все входящие и исходящие письма. Письма из дома всегда были настолько затушеваны, что практически ничего не оставалось для чтения. Обычно я плакала из-за всех этих затушеванных строчек в письме, задаваясь вопросом и беспокоясь о том, что моя мать пыталась сказать мне, но я никак не могла это узнать.

Никто из заключенных в тюрьму за этими стенами никогда не выйдет, чтобы рассказать ужасную историю. Священники будут всячески противостоять идеям, что есть что-то неладное. Они расскажут вам, что в этой стране и в других местах сестры могут выйти из монастырей в любое время, когда захотят. Это ложь! Я была заперта в течение двадцати двух лет и испробовала все, чтобы убежать. Я даже уносила в подземелье столовые ложки и отчаянно копала ими земляной пол, пытаясь найти выход. Почему столовая ложка? Все остальные инструменты были заперты или тщательно контролировались. Они использовались, чтобы копать туннели и подземные камеры. Монастыри построены, как тюрьмы, чтобы помешать побегу монахинь.

Черное покрывало

Когда мне должно было исполниться восемнадцать лет, игуменья снова стала работать надо мной. Помните, что этих безжалостных женщин тщательно отбирали и подготавливали для их работы. Я строила планы после приема белого покрывала выйти из монастыря, чтобы стать сестрой милосердия в системе римской католической церкви. Однако она заметила мою выносливость и преданность, поэтому позвала меня в свой кабинет для беседы.

«Шарлотт», – сказала она, – «я наблюдала за тобой. У тебя есть сильное тело и преданность, чтобы стать хорошей монахиней, монастырской монахиней. Мне кажется, что ты из тех, кто был бы готов отказаться от дома и от всего, что ты любишь в мире, чтобы укрыться за монастырскими дверями. Думаю, что ты была бы готова пожертвовать и жить в страшной нищете, с тем, чтобы иметь возможность молиться за потерянное человечество. Что ты была бы готова страдать для достижения этой цели».

Нас постоянно учили, что жизнь близких, а также тех, кто уже в чистилище, может быть быстрее спасена благодаря страданиям монахинь здесь на земле. Игуменья заметила, что я была готова страдать без ропота и жалоб, поэтому она затронула идею принятия мной черного покрывала. Конечно, я понятия не имела, чем занимались заточенные монахини и как они жили, поэтому она стала рассказывать мне о монастырях.

Игуменья сказала мне, что в монастырях я буду проливать свою кровь, как это делал Иисус на Голгофе. Я должна быть готовой терпеть тяжелые покаяния и жить в страшной нищете  всю оставшуюся жизнь. Я уже жила в бедности, но если это сделает меня святее, приблизит меня к Богу и сделает меня лучше, как монахиню, я подумала, что это того стоит, чтобы принять эту страшную бедность, какой бы она ни была.

За два месяца до моего двадцать первого дня рождения меня вызвали в кабинет игуменьи и предложили подписать документы, по которым все наследство, какое могло мне принадлежать, я отдаю системе римской католической церкви. Священники упорно трудятся, чтобы соблазнить девушек из богатых семей в монастыри, для системы обогащения их наследством. Я сказала ей, что мне нужно еще немного времени, чтобы обдумать это.

В течение двух лет я серьезно обдумывала это. Если я дам вечный обет, это будет означать уйти за закрытые двери в заточенный монастырь, а там вся моя жизнь будет принадлежать Богу. Это было бы одним из средством изучения, преданности, размышления и молитвы, и я смогла бы завоевать намного больше душ для Бога, поэтому я хотела бы иметь больше времени для молитвы. Я поверила и приняла все, что она сказала, и однажды сообщила ей, что я решила пойти в монастырь.

Лежа в гробу

Для начала, я должна была лежать в течение девяти часов в гробу, умирая для мира. Больше никогда я не увижу свой народ и не вернусь домой, потому что я буду связана монастырской обителью. Это была огромная цена для двадцатиоднолетней девушки, которую надо было заплатить, отдать все, что она любила и чем дорожила в мире, но это должно было быть сделано для того, чтобы завоевывать души для Бога. Я была одета в темно-красный бархатный похоронный саван для этой церемонии, которая была исполнена епископом. И платье и гроб были сделаны монахинями в монастыре.

Я знала, что когда я выйду из того гроба, я больше никогда не увижу и не услышу о моей семье, никогда не покину монастырь и, когда умру, буду похоронена там. Я подошла к гробу, залезла в него и вытянулась. Две маленьких монахини пришли и покрыли весь гроб тяжелыми черными драпировками, которые сильно пахнули ладаном. Я думала, что обязательно задохнусь. На одной стороне комнаты были обычные статуи, а на другой стороне сидели игуменья, монахини и священники. В течение девяти долгих часов, что я пролежала в гробу, они дежурили и постоянно пели.

Единственной целью пребывания в гробу было научиться ненавидеть своих мать, отца и все другие земные связи — все ради любви к Богу. Я должна забыть о них, возненавидеть их, вытеснить их полностью из моего сердца, ума и жизни. Все это позволит мне быть лучшей женой перед Богом.

Лежа там, я вспоминала о своем детстве в домашних условиях. Я вспомнила платья, которые сшила для меня мама, но я никогда больше не буду носить их. Я думала о вкусной еде, теплой кровати и всей богатой и полной семейной жизни, которая у меня была. Конечно, я горько плакала и рыдала, потому что мое сердце болело о тех близких, которых я никогда не увижу. Это было мучительное переживание, и я думаю, что в тот момент я любила их больше, чем когда-либо прежде.

Я плакала. Было так трудно отказаться от всего. В агонии и мучениях я дрожала и стонала, пока просто больше не осталось слез. Через несколько часов я несколько восстановила свое   самообладание. Я решила: «Шарлотта, ты собираешься стать лучший кармелитской монахиней, которая когда-либо была, поэтому как внутри, так и за пределами монастыря ты всегда все делала самым лучшим образом».

Обеты, подписанные кровью

Когда испытание закончилось, зазвучал колокол, и две маленькие монахини сразу убрали с гроба черные драппировки. Когда я вышла из него, меня препроводили в комнату, где я должна была дать вечные обеты бедности, целомудрия и послушания. Сама настоятельница открыла место в моей мочке уха и взяла кровь, обеты должны были быть подписаны моей собственной кровью.

Я поклялась быть готовой жить в полной нищете, важной для баланса в моей жизни (хотя в то время я не знала, что это означало). Следующий обет — целомудрия — обязал меня никогда не вступать в законный брак, потому что теперь я жена Бога (на основании свадебной церемонии, проведенной ранее). Затем обет повиновения, он был самым трудным. Я обещала абсолютное, беспрекословное повиновение папе, всем прелатам римско-католической иерархии, игуменье монастыря и правилам монастыря. Я была абсолютно не осведомлена о том, как быстро мне придется начать исполнять эти обеты, и не имела никакого реалистического понимания вещей, которые сама обещала.

Все идентификации личности утрачены

После того, как я подписала все обеты, игуменья выстригла ножницами все мои длинные волосы. Должно быть, их продали по высокой цене, так как на человеческие волосы установлены хорошие рыночные цены, а они делают прибыль на всем (это объясняет невероятное богатство церкви). После срезания волос, она взяла ножницы и обрила меня наголо. На протяжении остальной части моей жизни раз в два месяца садовые ножницы проходились по моей голове, обривая меня наголо. Тяжелые головные уборы монахинь были бы очень громоздкими, если бы одевались на волосы. Кроме того, не было ни времени, ни средств для мытья волос в монастырях.

Следующий шаг в дегуманизации и дезориентации должен был убрать мою фамилию и заменить ее именем святого покровителя. Когда игуменья это сделала, она подчеркнула, что, хотя я не была достаточно святой, чтобы стоять в присутствии Бога, я всегда могла молиться моему покровителю, и та будет ходатайствовать, чтобы передать мои молитвы Богу. Я приняла все это за истину, потому что не знала ничего лучшего. После этого, если бы кто-нибудь спросил обо мне в монастыре по моему имени от рождения, то они бы сообщили, что ни одного такого человека не было внутри монастыря.

Затем игуменья прочитала следующее утверждение: «Как Иисус страдал здесь, на земле, так и мы должны страдать, как монахини. Мы должны проживать нашу жизнь, как мученики в монастыре. В Гефсиманском саду Иисус пролил 62700 слез за вас и за меня; Он пролил 98600 капель крови за вас и за меня; он получил 667 ударов по телу; по щеке 110 ударов; по шее 107 ударов; по спине 180 ударов; по груди 77 ударов; по голове 108 ударов; по бокам 32 удара. Ему плевали в лицо 32 раза; вырывали волосы из бороды много раз; и бросали Его на землю 38 раз. Терновым венцом Он получил 100 ран; умолял ради нашего спасения 900 раз и нес крест на Голгофу 320 шагов». Я верила во всю эту религиозную ложь, которая, как я узнала годами позже, была изобретением коррумпированного Папы Римского.

Последнее утверждение, которое она зачитала, говорило: «Вы получите полную индульгенцию за ваши грехи и полностью избавитесь от боли в чистилище. Награда их, как мучеников, которые проливают кровь за веру». Она сказала, что если мы будем жить в монастыре, не нарушая правило, однажды, когда мы умрем, мы не попадем в чистилище, но сразу перейдем, чтобы быть с Иисусом. То, чего она не сказала нам, – это что по-человечески невозможно жить в монастыре, не нарушая правил.

После того, как обеты были подписаны, все мои идентификации личности были уничтожены. За шестьдесят дней до этого игуменья положила передо мной лист бумаги. Она сказала, чтобы я не читала, просто подписала внизу. Тогда я не понимала, что подписывала передачу всех наследств, которые когда-нибудь могли бы прийти ко мне. Все они были назначены для монастыря. Когда мой брат был посвящен в сан римско-католического священника, он также подписал такую бумагу. На земле нет ни одного юриста, который может оспорить это; я проверила это.

Когда я дала вечный обет и подписала, отказываясь от своей жизни и имущества, я продала мою душу за мифическую грязную похлебку. Систематически разрушают не только тела монахинь, но сотни сходят с ума и умирают преждевременными смертями под жестоким и бессердечным игом монастырского рабства. Что еще хуже, бедняги жертвуют всем и затем уходят из жизни без Христа и потерянными на всю вечность. Как же сильно нам нужно молиться за тех, кто закрыт от мира и евангелия в этих страшных тюрьмах, называющихся монастырями.

Священник — Святой Дух

Следующее, что сделала игуменья, – заключила мою руку в свою, и мы пошли по середине другой комнаты. С другого конца комнаты навстречу нам вышел римско-католический священник, одетый в святое одеяние. Когда мы встретились, игуменья отпустила мою руку, и священник обошел и попытался взять меня за руку.

Я в ужасе отпрянула от этой близости, ибо никогда, за все годы в монастыре, священник не подходил ко мне таким образом. Всегда они были добры, внимательны и вежливы. Было что-то фамильярное в его прикосновении и развратное во взгляде, что оскорбило меня, хотя я не поняла, что именно. Я вырвалась, краснея от смущения, и возмутилась: «Как Вам не стыдно?» Я чувствовала насилие, и что мне угрожает опасность. Он покраснел и очень разозлился на мой отказ от его попытки ввести меня в «брачный чертог».

Очевидно, игуменья подслушивала, поскольку она быстро вернулась, назвала меня церковным именем и сообщила мне, что после того, как я побуду в монастыре некоторое время, я уже не буду относится к происходящему таким образом. Она сказала, что все монахини в начале чувствовали то же самое, и строго напомнила мне о свадебной церемонии, которую я прошла, и о моих обетах. Она сказала, что тело священника освящено, и то, что они делали, не было грехом. Я была в ужасе, и истерически зарыдала, в голове вертелись мысли, и я отказалась принять то, что она сказала.

Она очень рассердилась и сухо сказала: «Как Святой Дух поместил семя в утробу Девы Марии, и родился Иисус Христос, так и священник представляет собой Святого Духа, поэтому для монахинь не грех вынашивать его детей».

Я едва могла поверить своим ушам. Я была обманута, и было слишком поздно, чтобы повернуть назад! Это ужасное заявление привело меня в бешенство. Когда она, наконец, дала мне разрешение говорить, я взорвалась: «Матушка, почему Вы не сказали мне этого до того, как я дала вечный обет?» Она плотно поджала губы, но ничего не сказала.

Излишне говорить, что я была в состоянии немого шока и ужаса от того, что она сказала. Это было похоже на невероятный кошмар. Все мосты были сожжены, и не было пути назад. Я не могла выйти из монастыря. Я истерически рыдала и сказала священнику, что хочу уехать домой. Я просила его позвонить моему отцу, чтобы он приехал и забрал меня. Я не хотела идти дальше с этим. Все мои иллюзии были разрушены, и я не могла вынести картину того, что внезапно надвинулось на меня.

Я рассказала, как за три месяца до того, как я уехала из дома, чтобы приехать в монастырь (в возрасте 13 лет), моя мать сказала мне, что она своими руками выкопает могилу и похоронит меня, если услышит, что я потеряла добродетель. Поскольку я ничего не знала о сексе, она потом объяснила это мне. Когда я рассказала об этом игуменье и священнику, они стояли и смеялись надо мной, как дураки. Они сочли мою наивность и невинное легковерие веселыми.

Когда происходит такого рода предательство, я могу сказать вам, что вы остаетесь совершенно одни. Связь с близкими и друзьями уже была отрезана. Вокруг вас нет никого, кто бы понял или помог, и вскоре наступает ошеломляющее понимание полной безнадежности вашей ситуации. Это похоже на то, когда просыпаешься и видишь, что невыносимой кошмар — не сон, а ужасная реальность.

Теперь я принадлежала Риму и папе римскому, и игуменья передала меня похотливому священнику, который издевательски пригласил меня присоединиться к нему в «брачном чертоге». Я вошла в монастырь не для того, чтобы испортиться, но чтобы стать святой женщиной, отдав свое сердце и жизнь Богу. Я твердо отклонила его сексуальные домогательства и была достаточно сильной, чтобы поднять настоящую борьбу против того, на чем он настаивал. Я была готова к борьбе до последней капли крови, чтобы сохранить свое достоинство.

Когда я подписывала клятвы своей собственной кровью, я не понимала чудовищность того, что я сделала. Я отказалась от всех человеческих прав, чтобы стать механическим, роботоподобным человеком. Отныне я не смогу сидеть, стоять, говорить без разрешения. Я не могла лежать, есть и делать что-либо еще без разрешения начальства. Мне разрешили видеть, слышать и чувствовать только то, что разрешено и предписано. Я стала беспомощной марионеткой иерархии римской католической церкви.

© Перевела Светлана Никифорова

Продолжение следует…

Вступление: Живя с родителями, детям свойственно часто принимать прощение и покрытие разных их недостатков. Со временем такие люди подобным образом понимают да и ведут себя по отношению к Богу: Бог все покроет, простит, не заметит. Ничего страшного не должно произойти со мною. Как в этой земной жизни мы протестуем родителям, так пытаемся делать и против Бога. Есть то, что здесь на земле проходит, но никогда не может пройти у Бога.

 Ис.64,1. О, если бы Ты расторг небеса и сошел! горы растаяли бы от лица Твоего.

 Как мало, а то и вообще мы не задумываемся над тем, а если бы Господь сегодня пришел к нам – что было бы? Слово говорит, что горы растаяли бы от лица Его, а что с нами было бы? Иногда приходят какие-то трудности и мы рассуждаем: «Как Вечный Бог, которому я служу, мог допустить это?» Мы не думаем и не говорим: «Слава Богу, что хоть так произошло».

Мы привыкли думать как всегда при жизни: «Почему со мной так поступили?» Ищем в себе оправдание своей праведностью. Мы ожидаем такой реакции от Бога, как от своих родителей. Они могут иногда потакать нашим неправильным поступкам. И сделать вид, как будто не видят, а потом говорят: «Мы не хотели накалять обстановку, мы не хотели обидеть вас».

Бог никогда не будет потакать нашим проблемам. Он никогда не скажет: «Я боялся, чтобы ты не обиделся». Он скажет тебе прямо и не будет ходить вокруг да около, чтобы Николай, мой мальчик, не обиделся. Он – Святой, и Его святость всегда с Ним. Скажи: «Аминь, аминь».

Мы продолжаем вести себя, как будто нам должен Бог. И всю нашу жизнь Он должен нести нас на руках. Друг мой, это самая большая и глупая ошибка. Он никогда не будет делать это ради твоих прихотей. Вот почему мы способны делать глупости и грехи. Всякий, кто надеется на Господа, никогда не будет оставлен Господом. Его дни все будут под защитой Божьих крыл.

Ис.64,4. Ибо от века не слыхали, не внимали ухом, и не никакой глаз не видал другого бога, кроме Тебя, который столько сделал бы для надеющихся на Него.

 Иногда к нам приходит такое состояние неуверенности. Оно способно что-то изменить в нас, не в лучшую сторону. Приходит, когда теряем близость с Иисусом. Иногда видим расстояние с Ним и не предпринимаем никаких решений, как будто испытываем Его. Вот если Он испытает, это будет точно не в нашу пользу. Я верю тому, что самый лучший Отец, вообще когда-либо существовавший на земле – это наш Господь.

Ис .64,5. Ты милостью встречал радующегося и делающего правду, поминающего Тебя на путях Твоих.

 Иногда к человеку приходит такое чувство, что Бог во мне нуждается. И если меня не будет, то Бог ничего не сможет сделать. Это одно из самых больших заблуждений человека.

Ис. 64,6. Все мы сделались – как нечистый, и вся наша праведность как запачканная одежда; и все мы поблекли, как лист, и беззакония наши, как ветер, уносят нас.

Что делать тогда? Нужно срочно предпринимать необходимые меры к себе. Нужно принять именно то, что Бог предлагает и говорит. Прими именно то, что Он предлагает и говорит о тебе.

Ис. 65,1-2. Я открылся не вопрошавшим обо Мне; Меня нашли не искавшие Меня: вот Я! Вот Я!

А) Если присутствует страх в твоей жизни, есть сомнение в том, что спасен или прощен, срочно прими слово покаяния и проси о милости Его к тебе.

Б) Попроси, пусть Он даст надежду и уверенность, что ты – Его дитя.

В) Начни заново свой путь за Господом с чистой странички и старайся ее содержать в чистоте, заполняя ее благословенными делами. Не забывай – Бог не человек, чтобы Ему изменяться ради наших капризов.

Г) Помни, что Он никогда не будет прогибаться под наш устав.

Д) Реши в себе беспрекословно выполнять то, что Он предложит тебе.

1. Увидишь то, что никогда не видел и не переживал в себе.

2. Придут колоссальные перемены в твоей жизни.

3. Способность видеть результат Божьих действий не только в себе, но и вокруг себя.

Ис. 65,24. И будет, прежде нежели они воззовут, – Я отвечу; они еще будут говорить, и Я уже услышу.

18.12.2011 г.